Владимир Антоник

В аудиокниге Александра Карина «А теперь живи…» многие пережили свой первый развод с супругой, но вряд ли кто-то из них сталкивался с тем, что предлагает автор…

На заре своей жизни, в семнадцать лет, Груша стояла в поле ранней весной. Жаворонки пели, было тихо и серо -- апрель, а под пряслом бледно зеленела крапива. Груша слабо вздохнула и направилась тропинкой от деревни к большаку. Когда она дошла до него, издалека, от лесочка лёдовского, раздались звуки колокольчиков. Сквозь светлую утреннюю мглу было трудно сразу понять, кто едет, но, вероятно, это был тарантас с тройкой; возможно, из усадьбы кого-то из господ.

Ребенок поведал любовнику своей матери секрет, и тот немедленно сообщил об этом её, не раздумывая.

Молодой человек представился высокопоставленным джентльменом, что обрадовало семью молодой девушки, и они согласились выдать свою дочь замуж за настоящего аристократа.

Ольга Зотова прошла через несколько этапов в своей жизни. Она появилась на свет и выросла в семье купцов, затем вступила в ряды красных кавалеристов во время гражданской войны. В дальнейшем она начала трудиться в различных учреждениях на должности писчебумажной барышни. Тем не менее, ей так и не удалось адаптироваться к своей третьей жизни.

Оставив свою усадьбу в Тамбовской губернии, он принял решение изучать живопись в Москве. И в один чудесный день на Арбате к нему пришла она - его Муза.

Наконец-то свернули с шоссе, город остался за рекой, колеса тележки сразу вонзились в землю — теплую, слегка пыльную. Вот и ветер — дует в лицо, под ним так замечательно мчаться вперед, все дальше, к милому Розову. "Ходу, ходу, Скромная! Наддай!" Кучеренок Петька тоже не дремлет: вожжи натянуты, сидит, как влитой. Скромную выпустил на полном ходу — еще чуть-чуть, и она начнет скакать, но это уже стыд: хороший кучер такого не допустит. Куда уж наддавать! И так мчимся, поднимая облака пыли за собой, ветер целует нас, пахнет вольными полями, березами откуда-то и роскошно — пылью и дегтем. "Джон, тубо! Не ярись, Джон, тубо!" Удержать Джона, пожалуй, сложнее, чем Петьку со Скромной, — а у Петьки глаза горят. Джон, на самом деле, это даже не он, а сучка-сеттер, но очень энергичная, и сейчас, когда ее бросает в тележке от быстрого движения, она танцует и дергается — я знаю, чего ей хочется: сжаться в комок, — а потом вылететь стремительно наискось, может, даже вперед мимо Скромной и мчаться по полям, кругами, зигзагами, или волчком. Должно быть, мой Джон немного сумасшедший, но это ничего, я это одобряю, даже жаль, что у меня сейчас нет этих четырех упругих лап.

События поэмы разворачиваются в Подмосковье. Она знакомит читателя с приключениями монаха Понкратия, которого бес Молок пытается вовлечь в грех.

Кричать во весь голос «слава!» гораздо сложнее, чем «ура!». Сколько ни кричи, мощных раскатов не добьешься. Издалека всегда будет казаться, что вместо «слава» звучит «ава», «ава», «ава»! В итоге, это слово оказалось не самым подходящим для парадов и выражения народных восторгов. Особенно когда их проявляли пожилые граждане в шапках из смушковых материалов и вытащенных из сундуков помятых жупанах.

Одетт, обладая непредсказуемым обаянием, ставит преграды на пути из Парижа в Бордо.

Миссис Ричман была вдовой, миссис Сатклиф — американка, дважды прошедшая через развод, а мисс Хиксон — старая дева. Все они были обеспеченными женщинами за сорок.

Первое прижизненное издание «Жалобы мира, отовсюду изгнанного и повсюду сокрушённого» ученого, философа и гуманиста Эразма Роттердамского. Книга вышла в свет в 1517 году в Базеле, напечатанная в типографии гуманиста Иоганна Фробена.

Лев обитает в Берлине, в то время как его брат Серафим остался в Советской России. С момента их последней встречи прошло уже более десяти лет. Когда Лев узнал, что Серафим находится в Германии и желает встретиться с ним, его охватило беспокойство. Оба брата переживали о том, как пройдет их встреча и о чем они будут говорить после стольких лет разлуки.

В камине горел яркий огонь. На японском столике одна напротив другой размещались две чайные чашки, а рядом с сахарницей и графином рома хозяев ждал только что вскипевший чайник. Граф де Салюр бросил цилиндр, перчатки и меховое пальто на стул, в то время как графиня, сняв бальную накидку, поправляла свою прическу у зеркала.

Рыбак на реке испытывает муки в душе. Встретив случайного путника, он делится историями о своей непростой жизни, потеряв жену и столкнувшись с обязанностью воспитывать девять детей. Несмотря на его усилия обеспечить семью, дочь Наталья отказывается сидеть с ним за одним столом.

В рассказе автор предлагает концепцию значительного охлаждения человеческого организма для достижения анабиоза. Находясь в состоянии анабиоза, персонажи рассказа обретают практически бессмертный статус. Тем не менее, своё мнение по этому вопросу автор четко отражает в названии произведения.

Я находился на съемках в рыбацком поселке Кандалакша — там действительно случилась социальная катастрофа. Возможно, именно поэтому появилась моя повесть. В ней присутствует и таинственная любовь, и путешествие по бурному морю...

Уильям Сомерсет Моэм – один из самых проницательных авторов английской литературы XX века. Легкими, но точными штрихами он способен в одной-двух фразах передать характер своих персонажей, их истинную природу, которая иногда явно противоречит их словам. С. Моэм – тонкий психолог, которому не удается скрыться от самых сокровенных уголков человеческих душ.

Рассказ «Господин Скороходов» — это мощное эмоциональное произведение автора, который славится своими историями об Урале. События этого рассказа разворачиваются в Петербурге. В нем представлены два персонажа, которые на первый взгляд совершенно отличаются по своим взглядам на жизнь, не говоря уже о разнице в возрасте, и в иных условиях вряд ли бы смогли так близко подойти друг к другу.

История длительного знакомства двух людей, которые держали друг друга на расстоянии, и итог, который возник после их сближения.