Инна Сапожникова

«“Хорошо дома!” – думал Назаров в тишине и мире вечера, окидывая широким взглядом землю, на десятки вёрст вокруг знакомую ему. Она вставала в памяти его круглая, как блюдо, полно и богато отягощённая лесами, деревнями, сёлами, омытая десятками речек и ручьёв, – приятная, ласковая земля. В самом пупе её стоит его, Фаддея Назарова, мельница, старая, но лучшая в округе, мирно, в почёте проходит налаженная им крепкая, хозяйственная жизнь. И есть кому передать накопленное добро – умные руки примут его…»

В окончательной версии Успенский представляет сложную психологическую драму, возникшую под влиянием определенных социальных условий и интерпретируемую писателем через его теорию «власти земли». В соответствии с этой глубокой переработкой изменился образ Ивана Алифанова – вместо простого крестьянина первой редакции, выброшенного из привычного ритма судьбы «слепым случаем», во второй редакции мы видим умного, независимого, волевого человека, благородного и совестливого. Его переживания, связанные с воспоминаниями о первой любви, во второй редакции становятся более сложными и освобождаются от всех элементов плотского и чувственного; также более разнообразными представлены его отношения с женой. Страдания и падение Ивана Алифанова во второй редакции объясняются его отходом от «трудовой тяготы» крестьянской жизни, появлением в деревне «не-деревенских» неожиданностей и переживаний, городских «сентиментальностей»…

Чиновнику Теребеньину около шестидесяти лет; у него темные волосы с сединой, аккуратно подстриженные под гребенку; маленькие глаза, почти неподвижные, цвета болотной воды, и толстые губы. Он невысокого роста и всегда носит вицмундир. Белый галстук несколько раз обвивается вокруг его шеи; этот белый галстук по утрам, на работе, бывает не совсем чистым, хотя, как он утверждает, носит белые галстуки исключительно для чистоплотности. „На черных, – говорит он, – грязь незаметна, а на белом вот сейчас так и видно малейшее пятнышко“…