Душа и сказка

Знания, изложенные в этой книге, хранились потомками офеней, которые называли себя мазыками и считали их тайными. Передо мной стоял выбор: сохранить их в тайне и позволить уйти вместе с мазыками или же оставить их как память о русских людях, которые меня учили… А. Шевцов * * * Я начну эту книгу с мысли, которая может показаться слишком смелой: современная философия упустила одну из субстанций мироздания. Мы живем в полярном мире, где происходит борьба между духом и материей, а сам мир больше и шире. И самое очевидное, что мы можем в нем увидеть непредвзятым взглядом: помимо духа и вещества, он соткан из силы. Человек также создан из силы. Не из праха земного, потому что из вещества состоит лишь тело человека, и не из духа, хотя духом человек обладает. Однако все составляющие, все устройство человека пронизано и связано с силой. Мы дети силы, и мы ее повелители. Мы живем, стремясь к силе, собирая ее и управляя ею. В этом мы подобны своему творцу. Каждая часть человеческого существа сопричастна силе и предназначена для ее использования. И тело, и сознание, и душа. Даже дух, если обратиться к русскому языку, обладает силой. При этом человечество накопило огромный опыт взаимодействия с силой и силами. Но этот опыт осмыслен лишь с прагматической точки зрения, то есть в контексте научных и бытовых задач, где сила либо используется, либо добывается. Но у нас не хватает культуры внутренней работы с силой, тем более философской культуры силы...

Это было давно. В одной деревне жил охотник, который был таким мастером, что ему не было равных во всей округе. Зверь и птица, казалось, сами шли к нему в руки. Его звали Федот, а прозвище у него было Федот, да не тот. Надо сказать, с ним происходили странные вещи, которые не случаются с обычными людьми… Многие молодые охотники завидовали ему, а пожилые поговаривали, что он имеет дело с нечистой силой. Охотник только смеялся и никому не объяснял. Но он сам знал, что свою удачу обязан зоркому глазу, умению читать следы, как книгу, и смекалке…

Мое исследование посвящено решению ряда задач, связанных с философской антропологией и прикладной психологией. Я не рассматриваю риторику как искусство ораторства или сценического мастерства. На эти темы написано достаточно много различных работ. В своей исследовательской лаборатории я стремлюсь найти способы, как сделать речь более убедительной. Кроме того, я планирую применить знания, которые удалось получить во время этнографических экспедиций, а также извлечь из трудов древних философов. Ясно, что сила речи – это не внешняя сила, не сила мускулов или техники. Это внутренняя сила, и каждый, кто об этом подумает, поймет, что иначе быть не может… Литература рекомендуется к прочтению лицам, старше 12 лет.

Любовь все время рядом, даже ближе. Она просто наша природа. Даже смешно, что мы вынуждены сражаться за то, что нам естественно принадлежит. И все же, такова действительность: сражаясь здесь на Земле за совершенство души мы обретаем способность к творению Разумом все более сложных понятий и образов. Но за это платим тем, что эти образы засасывают нас, и мы забываем себя.Битва за любовь – это всего лишь припоминание себя. Трудно обрести то, чего не имел или что неприсуще твоей природе. Но любовь – это просто наша природа, мы не можем не победить в Битве за нее. Надо только не сдаваться.

…Эта работа писалась как введение к серии прикладных семинаров по русской народной психологии. Писалась в связи с разворачивающимся кризисом мировой экономики, чтобы дать возможность нашим людям подготовиться к этой беде и пережить ее как можно легче.В сущности, именно в этом и заключается главная задача любой прикладной психологии – облегчать жизнь людей.Психолог не может помогать экономически, он не власть и не сила. Он душевед и отвечает только за душевную помощь. Чтобы помочь в беде, психолог может использовать только доступные ему возможности, а именно: он должен знать душу и культуру тех, с кем работает. А также устройство мира, потому что беды и выживание возможны только в мире. Миры же строятся на Земле, но человеческими усилиями, и строятся они медленно – веками. А вот рушиться могут за мгновенья. В историческом смысле, конечно…