Публицистика

«Огненная линия судьбы» — захватывающий рассказ о судьбе простого русского солдата Семёна Иванова, призванного на фронт Первой мировой войны осенью 1914 года. Автор мастерски воссоздаёт атмосферу первых месяцев войны, погружая читателя в суровую действительность окопной жизни, переживаний и испытаний, выпавших на долю простых русских солдат. Главный герой проходит сложный путь взросления и осознания долга, сталкивается с потерями близких друзей, испытывает страх и мужество, отчаяние и надежду. Повествование насыщено драматическими эпизодами боёв, трогательными сценами товарищеской взаимопомощи и глубоких человеческих чувств. Рассказ отличается реалистичным стилем повествования, глубокими психологическими портретами героев и атмосферой исторической эпохи. Это произведение предназначено для широкого круга читателей, интересующихся военной историей, человеческой судьбой и героизмом простых людей в условиях тяжелейших испытаний XX века.

В истории мировых и советских спецслужб эта операция занимает особое место: 21 августа 1940 года в Мексике агентом НКВД Рамоном Меркадером был убит один из самых зловещих вождей Октябрьской революции Лев Троцкий (Бронштейн).Все предыдущие попытки Москвы ликвидировать «демона революции» по разным причинам потерпели провал. Самая скандальная из них – вооруженный ночной налет 24 мая 1940 г. группы «Конь» из 20 человек под командованием мексиканского художника Давида Сикейроса на виллу Льва Троцкого. В течение 10—15 минут визитеры расстреливали спальню Троцкого, также оставив у ее дверей бомбу, которая, однако, не сработала из-за технической неисправности…И тогда в план была введена операция «Утка» – которая хоть и достигла в итоге своей цели, оставила после себя множество вопросов, на которые до сих пор нет однозначных ответов.Руководитель операции Павел Судоплатов и один из исполнителей, Давид Сикейрос, вспоминают подробности ликвидации лидера мирового коммунистического движения Льва Троцкого. Их рассказ дополняют историк спецслужб Александр Колпакиди и эксперт по истории внутрипартийной борьбы и истории левой оппозиции в ВКП(б) Вадим Роговин.

«Инвестиции в нестабильные времена: Как сохранить и приумножить капитал» — это незаменимый путеводитель для тех, кто хочет уверенно ориентироваться в сложных экономических условиях. Автор подробно раскрывает секреты выбора стратегии, управления рисками и психологии инвестора в периоды неопределенности. От классических активов до альтернативных вложений — каждая глава открывает новые горизонты и помогает найти надежные инструменты для сохранения и роста капитала. Эта книга даст вам силы и знания, чтобы не бояться перемен, а использовать их на своё благо. Вдохновляйтесь, учитесь и достигайте финансовой устойчивости вместе с этим практическим руководством! Обложка: GPT Image - Лицензия

Эта небольшая книга о нашей сегодняшней непростой жизни, об отношениях людей к государству и друг к другу. О том, как непросто как сохранить себя в этом постоянно меняющемся мире.

Первая Мировая была и ПЕРВОЙ СНАЙПЕРСКОЙ ВОЙНОЙ.Именно на ее фронтах снайпинг впервые стал массовым, именно здесь определились его основные принципы и специфические приемы (например, снайперские пары – «стрелок-истребитель» и наблюдатель-целеуказатель). Пионерами снайперского дела по праву считаются немцы, уже осенью 1914 года развязавшие настоящий «снайперский террор», однако британцы быстро отреагировали на угрозу, создав собственную снайперскую школу и в конце концов полностью подавив вражеских стрелков. Большие потери от снайперского огня несла и русская пехота: «Хорошо помню, какую тяжелую атмосферу в полках создавали германские снайперы. Они буквально не позволяли показать из-за бруствера полголовы. Высокий процент выведенных из строя офицеров в первые же минуты боя тоже наводил на мысль, что их кто-то бьет, что называется, «на выбор» – конечно, это били снайперы…» Однако создать собственную снайперскую школу, поставив обучение стрелков «на поток», удалось лишь гораздо позже, в Красной Армии.Эта книга, первое профессиональное исследование снайперского дела, была переведена на русский язык еще 90 лет назад, но две трети века пролежала в спецхранах под грифом «Для служебного пользования» и лишь теперь становится доступна массовому читателю.