Семь огней (сборник)
Книги чтеца

ДетоубийствоВлас Дорошевич
«– Страшно! За человека страшно! Что делают присяжные заседатели? – вновь раздаются крики и стенания. Суд присяжных снова оказывается под судебным следствием. Преступник-рецидивист снова совершил тяжкое преступление: оправдал виновного…»
...ещё
Основы индийской культурыСергей Ольденбург
«Несмотря на все ужасные испытания мировой войны, которую мы пережили и продолжаем переживать, она предоставила нам явное и неопровержимое свидетельство того, что современное человечество является единым целым, глубоко сплоченным, невзирая на все разделяющее его, на пролитую и продолжающуюся кровь. Долгим и трудным был путь, который человечество проходило к этому единству, зачастую почти бессознательно, так как осознанно оно чаще искало причины для разъединения, нежели для объединения…»
...ещё
Общие замечания о Ледовитом мореФердинанд Врангель
Промышленники, которые ежегодно приезжают на острова Котельный и Новую Сибирь для летовки, отмечают, что Ледовитое море между материком и этими островами замерзает крепко только в последние дни октября, хотя по берегам лед появляется гораздо раньше. И наоборот: берега освобождаются от льда уже в конце июня, а дальше от них лед начинает ломаться месяцем позже, ослабленный множеством трещин, которые образуются весной и, возможно, даже зимой…
...ещё
ИероглифыСаша Чёрный
Раз в месяц Павел Федорович погружался в тихое отчаяние: его письменный стол был переполнен. Над столом, конечно, висели крючки для почтовых квитанций, писем, на которые нужно было ответить, заметок «что нужно сделать», – но даже крючки не помогали. Они тоже заполнялись и временами становились похожими на бумажные метелки, которыми греки с рахат-лукумом сгоняют мухи с плодов на юге. Фарфоровая памятная дощечка, находившаяся на столе, имела следы как минимум шести наслоений графита, а стойки для бумаг уже не могли вместить ни одной новой открытки и упорно выпихивали растрепанные бумажные уголки; из бокала для карандашей торчали совершенно посторонние предметы: палочка для набивания папирос, длинные ножницы, кусок багета от сломанной год назад рамки, пробирка из-под ванили… Ужасно!..
...ещё
Родители первого сортаАркадий Аверченко
«… – Что вам нужно? – Ой, господин доктор, – ответил он с оттенком мрачного юмора, который почти всегда присущ бедным евреям. – Что мне нужно… Вы хотите знать, чего мне не хватает… Мне нужно все. Но если на минутку отвлечься от всего остального – то мне нужен доктор. – Кто-то заболел? – Нет. Но, похоже, сегодня жена не против родить. …»
...ещё
ПодмосткиАркадий Аверченко
«… – Ирина, – тихо произнес он, обращаясь к героине, – у этого человека огромная душа! На моих глазах появились слезы. Я в целом очень чувствителен и не могу оставаться равнодушным, даже когда передо мной происходит что-то ужасное. …»
...ещёПохожие книги

ВпотьмахАндрей Прокофьев
Он застыл в роковые последние мгновения. Ему удалось увидеть огненный всплеск, вырвавшийся из дула немецкого автомата. Затем Леша Круглов согнулся, не упав сразу. Вторая вражеская очередь совпала с моим ответным огнем, который оказался мощнее и продолжительнее благодаря убойной способности моего ППШ. Леша медленно падал, хватая ртом воздух. На его лице, даже сейчас, оставалась часть той детской наивности и непонимания: как так, почему именно сейчас...
...ещё
По касательнойСтефан Грабинский
Пережив серьезное заболевание головного мозга, Вжецкий начинает проявлять склонность к созданию сложных философско-мистических теорий и концепций. Одной из таких становится идея «касательных» — линий, соединяющих определенные точки жизненных путей, которые представляют собой траектории движения человека в пространстве и времени. Вжецкий неустанно ищет доказательства своей теории касательных. Однажды цепь случайных и незначительных событий, истолкованная им как фатальная логика, приводит Вжецкого к трагическому завершению.
...ещё
Первая ледиСьюзен Филлипс
Кто такая первая леди? Это ли женщина, обладающая влиянием? Или та, за которой с интересом наблюдают миллионы людей? Возможно, это просто человек, ищущий любви и счастья. Кто сможет заполонить ее сердце страстью? Только самый добрый, сильный и чуткий мужчина, который сумеет понять ее тонкую, ранимую и открытую для любви душу.
...ещё
Сайлес МарнерДжордж Элиот
Сайлас Марнер, мастер ткачества и ранее уважаемый член религиозного сообщества, столкнулся с предательством, несправедливостью и потерей всего, что он заработал за многие годы. Когда казалось, что ничего не сможет вернуть ему доверие к жизни и людям, накануне Рождества на его пороге оказывается маленькая сирота. Это событие пробуждает его душу.
...ещё
Пятый постулатМария Метлицкая
История показывает, как героиня трансформируется, принимая свое прошлое и достигая внутреннего спокойствия.
...ещё
Джордж Венн и привидениеАртур Дойль
Группа друзей встретилась вечером у Джорджа Венна в холодный зимний день и начала обсуждать призраков.
...ещё





