Арбузов

«Мне было двадцать семь лет, я только что с выдающимся успехом защитил диссертацию на степень доктора математики – когда меня взяли среди ночи и ввергли в эту тюрьму. Я не стану подробно рассказывать вам о чудовищном преступлении, в котором меня обвинили: есть события, которых люди не должны ни помнить, ни знать, дабы не получить отвращения к самим себе; но, вероятно, существуют еще в живых многие, которые помнят этот страшный процесс и „человека-зверя“, каким называли меня тогда газеты. Помнят, вероятно, и то, как все культурное общество страны единодушно требовало для преступника смертной казни, и только необъяснимой снисходительности тогдашнего главы государства обязан я тем, что живу и пишу сейчас эти строки в назидание людям слабым и колеблющимся. Скажу коротко: был зверски умерщвлен мой отец, старший брат и сестра, и преступление это совершил будто бы я с целью получения действительно огромного наследства…»

«Пятый век, несомненно, одна из важнейших эпох христианской цивилизации. Это та критическая эпоха, когда церковь, во всеоружии своей вполне сложившейся организации, вступает в средние века, передаваясь от древнего греко-латинского мира варварам и воспринимая в себя греко-латинские элементы. Вместе с тем это тот век, когда уже весьма резко и рельефно обозначается различие между христианством эллинским, восточным и латинским, западным. Государственный порядок в то время расшатан и поколеблен в самом своем основании; церковь одна представляет собою общественное единство, скрепляя и связуя империю, распадающуюся на части в процессе саморазложения…»

«Во времена Гаруна аль-Рашида, повелителя Багдада, в Бальсоре жил один человек по имени Бенезар. Средств у него было как раз столько, чтобы можно было существовать покойно и с удобством, не ведя никаких дел или торговли. Даже когда у него родился сын, он не отступил от этого образа жизни. „К чему мне, в мои лета, еще барышничать и торговать? – говорил он своим соседям. – Чтобы после своей смерти оставить моему сыну Саиду, может быть, тысячью золотых больше, если дела пойдут хорошо, или, если дурно, тысячью меньше? „Где едят двое, будет сыт и третий“, говорит пословица. Лишь бы только со временем из него вышел славный малый, а нужды он ни в чем не будет терпеть“…»

Отрубленные конечности, выколотые глаза… Горожане в шоке от последних новостей о преступлениях, а майору Заслонову предстоит разобраться со всеми этими делами, которые свалились на его плечи. Успеет ли он найти хоть какие-то зацепки, прежде чем произойдет следующее убийство? Сможет ли он восстановить свои жизненные ориентиры или будет продолжать плыть по течению? И кто же этот Беляш?

Хотят ли люди свободы в любви? На какие жертвы они готовы пойти ради сохранения этой любви? Как формируются сексуальные желания и предпочтения, что можно считать нормой в интимной жизни? Обо всем этом размышляет Майкл Дуридомов, переживая ряд удивительных эротических приключений и приобретая новые знания и бесценный сексуальный опыт. Для оформления обложки использована иллюстрация с сайта pixabay, автор Engin Akyurt. Содержит нецензурную брань.

Анна Грешнева уверена, что ей никогда не избавиться от тягостной участи дамы полусвета и никогда не быть рядом с тем, кого она любит. Софья, ее сестра, тоже не считает себя вправе открыть свое сердце Владимиру Черменскому – купеческие содержанки не становятся дворянскими женами. И лишь Катерина пренебрегает условностями, живет так, как подсказывает душа, и – счастлива. Придет ли время, когда старшие сестры поймут, что это и есть единственно верный путь?Роман ранее выходил под названием «Душа просится к тебе».

Авторская версия книги.– А давай ты меня просто отпустишь? – взглянула на него снизу-вверх. – В этих краях есть два клана: пустынный и песчаный. Отдай меня любому из их вожаков. Они хорошо знакомы с моим отцом и могут заплатить столько, сколько захочешь.– И прям столько, сколько захочу, заплатят, и в любой валюте? – уточнил мужчина мрачно.Кивнула и почти поверила в то, что согласится.А он…– Отлично. На колени!Содержит нецензурную брань

Перед вами новый сборник секс-рассказов об эротических приключениях Майкла Д. Может ли возникнуть вожделение к женщине, если ты любишь другую? Будет ли это изменой? Как с этим бороться или как жить? К чему это может привести? Эта книга о соблазнах, искушениях, о любви и ревности, о фантастических сексуальных экспериментах – только не пытайтесь все это повторить: автор снимает с себя всякую ответственность за вашу самодеятельность.Содержит нецензурную брань.

Лёгкая и одновременно серьезная книга. Призыв к пробуждению. Современный человек, оказавшийся в жестких рамках бешеного темпа жизни, начал выживать, забыв о настоящем себе и своей мечте. Книга предлагает методику самопознания. Это приглашение в увлекательное путешествие, где у читателя появляется шанс вновь стать целостным и счастливым. Эта книга – старт пути к желаемому, и в ней речь пойдет об интуиции, магнетизме и силе притяжения, о восприятии жизни, ситуаций и отношений не только разумом, но и всеми своими чувствами. Книга в основном состоит из практических упражнений с легким теоретическим обоснованием. Это еще один инструмент и возможность для достижения цели и приближения к своей мечте.

Шарль Бодлер (1821–1867) – классик французской литературы, поэт, критик, эссеист, основоположник декаданса и символизма. Его поэтическим достижением стал сборник стихотворений «Цветы зла», который был впервые издан в 1857 году и сразу же привлек внимание читателей. Поэт был оштрафован за оскорбление общественной морали и вынужден был удалить из сборника 6 наиболее «безнравственных» стихотворений. Этот сборник полностью отражает мировоззрение поэта, его основные лирические настроения – скуку, уныние и меланхолию. Герои его стихов, словно разрываясь между духовной красотой и эстетикой порока, испытывают противоречивые желания и жажду смерти. Многие произведения посвящены французскому поэту Теофилю Готье и музе автора, балерине Жанне Дюваль, оказавшим значительное влияние на формирование Шарля Бодлера как поэта. В этом сборнике стихи Бодлера представлены в переводе поэта-имажиниста Вадима Шершеневича.

«Вы запрашивали объяснение, и вот оно. Я понимаю, что вам станет холодно и больно, вы будете плакать весь сегодняшний вечер, а, возможно, и завтра — но мне не жаль вас, нет. Вы слишком молоды, чтобы вызывать у меня жалость. Ваше сердце молодо, молод смех и молоды слезы, и я не могу вас жалеть, не судите меня за холодность. У одной молодой женщины, похожей на вас, я видел письмо, подобное моему – или в этом духе, – и на письме были следы ее слез. А на том же письме был еще один след: кружок от чашки кофе, которое она любила пить… и знаете, сколько времени прошло между горькими слезами и уютным кофе? Один год. Один год, моя дорогая…»