Оксана Колеватова

Если бы кто-то сказал мне, что судьбу можно узнать у гадалки – я бы рассмеялась.Только в двадцать три года, так и не дождавшись любви, уже не до смеха. Я пообещала попробовать всё. В рамках законодательства Российской Федерации, конечно. Так что теперь я официально на любовной миссии: должна доходчиво объяснить «любимому» преподавателю, что он моя судьба. Даже если будущий муж пока что не сильно меня жалует.Говорят, от ненависти до любви один шаг.Я просто надеюсь, что он не по минному полю.

В начале января прошлого года, в одном из старинных московских домов, около одиннадцати часов вечера, стоял мужчина примерно шестидесяти лет, невысокого роста и худощавый, небрежно прислонившись к мраморному подножию огромной порфировой вазы. Заботливая судьба очертила вокруг него небольшой магический круг, мимо которого другие проходили с благоговейным трепетом, и в который никто не осмеливался вступать. Однако эта защита от многолюдной, всегда рассеянной и невнимательной толпы не могла уберегать его от различных поклонов и приветствий, которые постоянно мешали его безмятежному состоянию и отдыху. Иногда он лишь улыбался в ответ на приветствия, иногда протягивал руку, а порой и вовсе отрывался от мрамора. Тем не менее, яркая суматоха маскарада, великолепие разнообразия костюмов и женская красота – ничто не отвлекало его от одного предмета, от особого развлечения. Он не вслушивался в пискливые, искаженные голоса, не ловил заманчивые слова, брошенные в воздух, прошептанные на ухо, не разгаданные никем, но оставленные в чьем-то сердце…

12 человек «просыпаются» в Обсидиановом Зале. У каждого из них есть Роль – Циник, Перфекционист, Вор, Альтруист… У них есть 30 минут, чтобы решить, кому из них суждено стать причиной чужой жизни или смерти. Это не наказание, а Протокол, созданный для исправления их коллективной, забытых Вины. Запертые в лабиринте выбора, они отчаянно ищут «лазейку», но каждое действие лишь подтверждает: даже тайный выход был предусмотрен в Сценарии. Групповая паранойя достигает своего апогея, когда они осознают: их палач – это их собственный, невыбранный Коллективный Потенциал, а Хранитель Протокола – это Утраченная Судьба, погибшая по их вине. Чтобы выжить, им придётся совершить немыслимое: отказаться от своей Роли и уничтожить идею предопределения. «Привратник Судьбы» – это эпический, философский триллер о том, что истинная свобода – это не награда, а бесконечная, мучительная обязанность. Вы дочитали. Теперь вы – Соавтор.

Писатель Александр Марьин начинает романтические отношения с молодой женщиной по имени Полина, надеясь, что они перерастут в нечто более глубокое. Однако, учитывая недавний развод Полины с её мужем, она не готова к новым обязательствам и совместной жизни. Александр Марьин тяжело переживает разрыв с любимой, что вызывает у него значительные эмоциональные потрясения.

Открой мир, где каждое чувство – как вспышка молнии, а каждая история – как шаг в неведомое.Двадцать историй – одна судьба. Ты увидишь её в разных гранях. Герои идут по острым кромкам выбора, встречая дружбу, страх, вдохновение и надежду. Они ошибаются, прозревают, ломаются и встают снова. И в каждом из них – ты.Почувствуй силу природы. Найди свет в обычных моментах. Отправься в поиски себя.Эта книга для тех, кто не боится перемен, кто ищет смыслы за пределами очевидного и готов удивляться – снова и снова. Здесь каждая история – не просто текст. Это зеркало. И, быть может, ты увидишь в нём себя настоящего.

2003 год. Таисья трудится в аэропорту и живёт спокойной жизнью. Однажды на работе она встречает чемпиона Франции по латиноамериканским танцам. Эта встреча не только изменяет её отношения с мужем и обаятельным поклонником, но и втягивает её в ряд мистических игр, которые меняют её представления и знания о жизни.

«Женщина без декораций» — семнадцатая книга цикла «Я никуда не спешу», рассказывает о внутренней честности и силе существовать без искусственных украшений и чужих ожиданий. Автор демонстрирует, как маски, роли и внешние атрибуты лишают женщину её истинности, заставляя прятать усталость и боль за фасадом «правильной» жизни. В тексте звучит опыт освобождения от навязанных стереотипов, возвращения к простоте и ясности, где ценность определяется не внешними признаками, а внутренней целостностью. В финале книга утверждает: настоящая красота женщины заключается в её способности быть собой, без декораций, но с глубиной, теплом и живой правдой.

«Для меня читка – это нечто большее, чем просто спектакль, – делится Лена Коро. – Это мой собственный театр в голове. Фантазии и интерпретации. Режиссер, безусловно, присутствует. Но его роль заключается лишь в том, чтобы направлять мысли». В новом романе автор продолжает исследовать тему отношений. Любовный треугольник, где «разбор полетов» происходит не только в разговорах героини с психологом, но и за ее спиной.

Диана Воронцова — бывшая студентка МГУ, из-за своего покладистого и безотказного характера стала прислугой для собственной сестры. Однажды, по её вине, Диана теряет всё... Что предпримет оставшаяся в забвении девушка, и какое влияние это окажет на окружающих? А самое главное, что произойдет с виновницей её бед?

«Раз, два, три… chasse en avant!… Скрипка завизжала. Молодой человек, около двадцати шести лет, среднего роста, худощавый, с большими глазами, навыкате цвета потускневшего олова, с редкими светлыми волосами до плеч, в плисовом сюртучке, шелковых полосатых чулках и лакированных башмаках, – выставил правую ногу и шагнул вперед, тряхнув плечами…»

Вениамин Аполлонович Гудим встал и протянул юноше руку. В его глухом голосе словно открылась окошко, и суровое лицо стало более приветливым. – Ну, здравствуйте, товарищ! Присаживайтесь! От кого у вас ко мне явка? Юноша горячо пожал протянутую руку и, ужасно торопясь, начал рассказывать. – Вы – товарищ Макс? Я из Нижнего. Я – Николай. Я приехал, я… Вы в курсе, что Михаил Семенович арестован? Арестованы Фаня, Леонид, Василий Васильевич, вся наша организация провалилась…

В один знойный день мне пришлось отправиться из Киева в деревню, где находилась моя дача. Я ехал на извозчичьих дрожках, и колеса время от времени касались кузова, издавая скрипучий звук. — Подвиньтесь, барин, направо... Я сдвинулся направо. — Теперь немного на эту сторону, барин...

День выдался жарким, хотя и апрельским, и в теплом пальто было нелегко бродить по откосам и склонам Царского сада, надеясь найти живописное местечко для записи в альбом. Живописных уголков здесь, безусловно, предостаточно, и именно поэтому нашему брату-художнику так сложно сделать выбор: справа — дуплистое, корявое, раскидистое, старое дерево, которое радует душу при взгляде на него; слева — чудесные весенние оттенки, прямо и куда ни посмотри…

Гимназист, маленький и худощавый, осторожно вошёл, поклонившись у входа ярко освещённой столовой, и бросил неуверенный взгляд по сторонам. Старичок, невысокий, лысоватый, с большими бровями и белыми усами, торчащими как щётка на выпирающих губах, помог ему выйти из неловкости. Он подошёл к гимназисту маленькими шагами, держа между пальцами короткую дымящуюся трубку, и хриплым голосом сказал, что очень рад видеть гостя, затем подвёл его к своей дочери и произнёс: – Вот, Оля, рекомендую… Товарищ нашего Кости… Как вас?..

Поезд сделал остановку на пять минут. Станция – Блискавки. Пассажиров немного, никто не приезжает издалека. Эта ветка железной дороги проложена сюда для вывоза хлеба, и то лишь зимой, а не летом. Летом кондукторы проходят по пустым вагонам, и бывает хорошо, если в вагоне окажется два-три человека. Эти лица знакомы, давно запомнившиеся кондукторам: еврей, помещик, священник, богатый казак, гимназист, гимназистка…