Максимилиан Волошин

Я открыл книгу случайным образом и наткнулся на такую страницу: „Весь мир осужден в жертву какой-то ужасной, невиданной моровой язве, идущей из глубин Азии в Европу. Все должны погибнуть, кроме небольшого числа избранных. Появились новые трихины, микроскопические существа, проникающие в человеческие тела. Но эти существа были духами, наделенными разумом и волей. Люди, принявшие их в себя, сразу же становились безумными и свихнувшимися. Однако никогда, никогда люди не считали себя столь умными и непоколебимыми в своей истине, как считали себя эти зараженные. Никогда они не считали свои приговоры, научные выводы, нравственные убеждения и верования более непоколебимыми…“

«…Поэтическое сравнение становится великолепным (т. е. из метафоры переходит в символ) лишь тогда, когда оно соприкасается с научной истиной. А научная истина может быть убедительной только в том случае, если она достигает в своем обобщении уровня поэтического символа…»

«Верхарн… При первом взгляде на него сразу же привлекает внимание глубокая морщина, проходящая по его лбу, словно два широко расправленных крыла летящей птицы. Эта морщина – это он сам. В ней заключены его печаль, его стремление к полету…»

Существует ли на самом деле то противоречие, которое заставляет делать выбор между индивидуализмом и традицией?..

Когда человек, не обладающий навыками рисования, пытается нарисовать человеческое лицо, оно почти всегда оказывается похожим на него самого. Разве это не иллюстрирует наглядно глубокую и загадочную связь между внешностью художника, его „ликом“, и характером его творчества?..

«Театр представляет собой объединение трех отдельных стихий – актера, поэта и зрителя – в едином мгновении. Актер, поэт, зритель – это осязаемые маски тех трех основных элементов, которые составляют каждое произведение искусства…»

«Несколько лет назад „альманахи“ служили убежищем для „посвященных“, отмеченных знаком „Скорпиона“ или „Грифа“. На их страницах, как в катакомбах, можно было встретить лишь немногих верных, знавших друг друга в лицо. Но времена изменились…»

Воспоминания о детстве удалены не только во времени, они кажутся нам частью совершенно другой эпохи, пережитой на другой планете и в теле иного существа. Понятие времени тогда было совершенно иным: каждая минута ощущалась как сгорание целой жизни, мощный водоворот, которому мы не могли противостоять. Количество переживаний расширяло узкие рамки одного дня до масштабов целого года. Яркое ощущение новизны придавало жизни особую сосредоточенность, в которой не было повторений и общепринятых моментов. Каждое явление проявлялось в своей первозданной полноте и величии, не смягченное никакими привычками. Поэтому, когда мы мысленно возвращаемся к тому времени, нас поражает огромность мгновений и особая медлительность общего течения времени…

Европа, подобно чужеядному растению, развилась на огромном теле Азии. Она всегда черпала из ее соков. Если представить полушарие Старого Света, Европа выглядит как зеленый и сочный кактус, произрастающий на бескрайних каменистых пустынях Азии. Все жизненные потоки – религию и искусство – она получала от ее изобилия…

«„Посолонь“ – это сборник народных мифов и детских сказок. Его главная ценность заключается в языке. Старинный ларец из резной кости, наполненный драгоценностями. Сокровища слов, собранные с большой любовью поэтом-коллекционером…»

«…Журналисты негативно восприняли намерение Художественного театра. Большинство из них выразило возмущение самим фактом адаптации романа для театральной сцены…»

Когда видишь Кузмина в первый раз, возникает желание спросить его: „Скажите откровенно, сколько вам лет?“, но ты не решаешься, опасаясь услышать в ответ: „Две тысячи“. Без сомнения, он молод, и, размышляя здраво, ему не может быть больше 30 лет, но в его облике есть нечто столь древнее, что возникает мысль, не является ли он одной из египетских мумий, которой каким-то колдовством вернута жизнь и память. Однако он не из мумий древнего Египта. Такие лица часто встречаются на эль-файумских портретах, которые, будучи открыты совсем недавно, вызвали огромный интерес европейских ученых, впервые дав представление о характере физиономий Александрийской эпохи. У Кузмина такие же огромные черные глаза, такая же гладкая черная борода, резко обрамляющая бледное восковое лицо, а также такие же тонкие усы, струящиеся по верхней губе, не закрывая ее…

Когда я покидал Париж, мои знакомые испанцы-художники, провожая меня, сказали: – Вот вы отправляетесь в Испанию. Увидите бой быков… – и при этом у них загорались глаза от восторга…

Поэзия данного автора затрагивает исторические события, революции, гражданскую войну и природу Крыма.

В сборник вошли отобранные стихотворения из книг, составленных самим поэтом: Годы странствий, Selva oscura, Путями Каина, а также сборник стихов Неопалимая купина, статьи о революции - Пророки и мстители, Заметки 1917 года, Россия распятая. В мемуарный раздел добавлены воспоминания о поэте от известных деятелей русской культуры начала века.

Максимилиан Волошин — художник, поэт, искусствовед и литературный критик. Его отец происходил из запорожских казаков, а мать — из обрусевших немецких дворян. Учеба в гимназии не приносила ему радости, однако он увлекался произведениями Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Достоевского, а позже — Байрона и Эдгара По. Забросив гимназию, Волошин стал заниматься самообразованием. Он посетил Венецию, Италию, Швейцарию, Париж, Грецию и Константинополь. Первый сборник его стихов был издан в 1910 году. В этот музыкальный сборник вошли следующие стихотворения Максимилиана Волошина: «Фиалки волн и гиацинты пены», «Она», «В неверный час тебя я встретил», «В эту ночь я буду лампадой», «Я глазами в глаза вникал», «Я ждал страданья столько лет», «Я быть устал среди людей», «Теперь я мертв. Я стал строками книги», «Обманите меня», «Любовь познавшие глаза», «Себя покорно предавая сжечь», «Судьба замедлила сурово». Желаю всем приятного прослушивания! Буду рад вашим отзывам, оценкам и комментариям. Ваш чтец Дмитрий Д.

Наиболее значимое и глубокое творение уникального поэта, мыслителя, философа, художника и просто замечательного человека Максимилиана Волошина. Оно во многом опередило свое время и при этом не утратило своей глубины и актуальности. Это произведение может быть полезно и увлекательно не только для поклонников поэзии, но и для тех, кто не проявляет к ней интереса.

Предлагаем вам насладиться произведениями поэта, художника и литературного критика Максимилиана Волошина, прочитанными Дмитрием Быковым. В аудиокниге содержится автобиография Волошина, написанная в 1920-х годах, а также стихотворения, в которых он выражает своё жизненное кредо и взгляды на государство и мир. Во второй и третьей частях представлены впечатления автора от путешествий по Европе и рассказ о культуре Крыма. В четвёртой части звучит лекция Волошина «Россия распятая» – авторский комментарий к стихам, созданным в период революции. По традиции, в завершение аудиокниги Дмитрий Быков делится своими размышлениями об авторе прочитанных произведений. Содержание I Автобиография Подмастерье Левиафан Corona Astralis II Листки из записной книжки (Май – август 1900 г.) Бой быков Cartuja de Valldemosa (Места Жорж Занд и Шопэна) Национальный праздник В Париже III Культура, искусство, памятники Крыма IV Россия распятая (включая стихотворения Москва, Петроград, Брестский мир, Святая Русь, Стенькин суд, Дмитрий император, «Наш древний град – богоспасаем…», Молитва о городе, Красногвардеец, Матрос, Спекулянт, На вокзале, Из бездны, Родина, Преосуществление, Русская революция, Неопалимая купина, Китеж, Гражданская война, Русь глухонемая, Европа) Заклятие о Русской земле