Леонид Андреев

В цирке. На сцене – большая, даже огромная, грязноватая комната с оштукатуренными стенами; в левой стене, в арчатой нише, единственное окно, ведущее во двор – свет мутен и слаб, поэтому даже днем приходится включать электричество. На стене, противоположной рампе, в самом верху, ряд небольших окон с запыленными стеклами: эти окна обращены внутрь цирка и по вечерам, во время представления, ярко светятся, а днем остаются темными. В этой же стене, над двумя каменными ступеньками, большая, наглухо закрытая дверь, окрашенная белой меловой краской. В правой стене, почти в углу, высокая и широкая дверь филенок с округлым верхом ведет в конюшни и на арену; днем там темновато, а вечером слабо освещено…

В доме Мацневых на улице Посадской. Четверг Страстной недели, яркий апрельский день; время к закату солнца. Просторный зал-гостиная, оформленный в провинциальном стиле; у окон много зимних цветов, среди которых фуксия и уже цветущая герань. Одно окно выходит в стеклянный коридор, который проходит вдоль всего дома и заканчивается парадным крыльцом; остальные четыре окна смотрят на улицу – немощеную, тихую улицу с большими садами и маленькими домиками мещан. В данный момент все заняты тем, что выставляют первую зимнюю раму. Собрались: сам Мацнев, Николай Андреевич, высокий, полный, еще красивый мужчина со смуглым цыганским лицом; видимо, обычно он носит русский костюм, но сейчас одет домашне и привычно: красная шелковая рубашка, полурасстегнутая в вороте, без пояса, и широкие черные шаровары, внизу завязанные тесемками…

Занавес поднимается. На сцене квартира Дины Штерн — роскошно обставленная гостиная; в открытой двери видна столовая с накрытым столом. Много картин, цветы. У рояля, под аккомпанемент Дины Штерн, собравшись в круг, поют студенты и курсистки, все земляки-стародубовцы. Дирижирует Тенор. Лишь двое сидят в стороне: Стамескин и Онучина…

Темный осенний день. Дождь. На сцене одна из комнат кулабуховского проклятого дома: пустая, грязная, ужасная. Рамы в больших барских окнах перекосились, и видно, что от окон дует; два стекла в нижних секциях рамы разбиты и заменены доской; гнилые обои местами отстали и угрожающе нависают. Обстановки нет, если не считать большого кухонного стола, как бы оставленного посреди комнаты, и нескольких случайных стульев. За окнами – всего три – в сетке дождя смутно различаются почерневшие углы и крыши хозяйственных построек, за ними – голые стволы и ветви большого и старого сада…

Первый час ночи близок к завершению. В просторной барской столовой царит легкий беспорядок, оставленный ушедшим днем. Пустота; над столом в люстре горит лишь одна лампочка, создавая ощущение неприятной асимметрии. В начале кажется, что все в доме уже спят, но нет: слышны голоса. И, приглядевшись, можно заметить, что одна дверь не до конца закрыта, и сквозь щель пробивается яркий свет, за дверью громко и тревожно беседуют двое — мужчина и женщина. Их голоса то затихают, то возвышаются почти до крика, прерываясь короткими, но глубокими паузами, и вот даже можно расслышать слова: «Ты лжешь!» – резко и гневно выкрикивает мужской голос…

Христианство оказало значительное влияние на мировую литературу, благодаря чему во многих произведениях нашли отражение как события Священной истории, так и память о них – церковные праздники. Литературная значимость Рождества давно признана как писателями, так и читателями: даже сформировался жанр «рождественского рассказа». В то же время Пасха, как главный православный праздник, получила художественное развитие преимущественно в русской литературе. Существует довольно большая, в значительной степени еще не собранная антология пасхальных произведений, в создании которой принимали участие многие русские поэты и писатели. Настоящий сборник «Пасхальные рассказы» представляет собой подборку произведений классиков русской литературы, посвященную великому светлому празднику Пасхи, в которую вошли: Прекрасна жизнь для воскресших – Леонид Андреев Мужик Марей – Федор Достоевский На страстной неделе – Антон Чехов Накануне поста – Антон Чехов Христос воскрес – Андрей Белый Фигура – Николай Лесков Христова ночь – Михаил Салтыков-Щедрин Старый звонарь – Владимир Короленко Светлое Воскресенье – Николай Гоголь Пасхальные письма – Владимир Соловьев Братья Аримафейские – Михаил Арцыбашев Пасхальный рассказ – Надежда Тэффи Семья разговляется – Надежда Тэффи

Роскошный, недавно отремонтированный зал в древнем рыцарском замке. На стенах располагаются фрески, местами видны старые, потемневшие картины, а также оружие и скульптуры. Все сверкает золотом, яркими цветами мозаики и нежной прозрачностью цветного стекла. Слева, в части задней стены, три высоких полуготических окна, частично закрытые тяжелыми, золотыми завесами; поворачивая под прямым углом, задняя стена уходит вглубь до пересечения с рядом двойных невысоких мраморных колонн, которые поддерживают верхнюю часть здания. За колоннами располагается очень светлая и просторная прихожая; справа видны огромные входные двери. Там, где задняя стена уходит вглубь, прямо напротив зрителя, широкая мраморная лестница с массивной скульптурной балюстрадой; на уровне мраморных колонн лестница поворачивает вправо, где находятся другие помещения. В стене над колоннами несколько маленьких окон с цветными стеклами, пронизанными ярким и сильным светом…

Действие разворачивается в Бельгии, в начале 1914 года, в период войны. На сцене изображен уголок сада при вилле известного бельгийского писателя Эмиля Грелье. Вдали, за вершинами невысоких деревьев и каменной оградой, отделяющей владение Грелье от соседних садов, виднеются в мягких полутонах красные крыши городка, ратуша и старая церковь. Там уже осведомлены о войне, там тревожно звенит набатный колокол, а в саду все еще царит мир и благодатная тишина, рождающая жизнь. Небольшой, образцово ухоженный питомник; на грядках и куртинах тяжелые от аромата и красоты цветы; цветущие кусты. Угол оранжереи; стеклянные рамы приоткрыты, и в свежей глубине покоятся солнечные пятна, вырезающие светом экзотические пальмовые листья, сгущая влажную зелень глубоких фонов до темноты. Солнце светит мягко, в воздухе витает синеватый туман теплого и спокойного дня, и все цвета благородно смягчены; только на переднем плане ярко выделяются гармоничные пятна цветов…

«Всего лишь задать несколько вопросов – вот скромная задача этих листков, отрывочных и кратких. И если некоторые из моих мыслей покажутся вам парадоксальными, страх – чрезмерным, а надежды – завышенными, то не стоит обвинять меня, а следует обратить внимание на обширность темы, сложность вопросов, касающихся театра, а также на новизну некоторых факторов, только что появившихся в театральной жизни и не имеющих ни истории, ни литературы…»

Некто в сером, именуемый Он, рассуждает о жизни Человека. Это напоминает большую, правильно четырехугольную, совершенно пустую комнату, не имеющую ни двери, ни окон. Все вокруг серое, дымчатое, монотонное: серые стены, серый потолок, серый пол. Из невидимого источника излучается ровный, слабый свет – и он также сер, однообразен, монотонен, призрачен и не создает ни теней, ни ярких бликов. Неслышно отделяется от стены Некто в сером, прильнувший к ней…

"Жизнь Василия Фивейского" – философский, мистический, глубоко психологичный рассказ Леонида Андреева о силе человеческого духа, о смысле жизни."Над всей жизнью Василия Фивейского тяготел суровый загадочный рок. Точно проклятый неведомым проклятием, он с юности нес тяжелое бремя печали, болезней и горя, и никогда не заживали на сердце его кровоточащие раны. Среди людей он был одинок, словно планета среди планет, и особенный, казалось, воздух, губительный и тлетворный, окружал его, как невидимое прозрачное облако…"

Нет ни одного более радостного праздника, чем Рождество, когда любой человек ожидает, что в его жизни тоже произойдет чудо, сбудутся самые невероятные мечты! Праздника, подарившего людям надежду и спасение! Рождественские истории будут читать всегда – пока падает снег и горит огнями елка…Содержание:Фёдор Достоевский – Мальчик у Христа на ёлкеНиколай Гоголь – Ночь перед РождествомЧарльз Диккенс – Рождественская песнь (Скряга Скрудж. Святочная песнь в прозе)Ганс Христиан Андерсен – ЕльЛеонид Андреев – Ангелочек

Воробьевы горы. Наступил сентябрь; золотая осень уже начинает проявляться. Погожий солнечный день. К краю обрыва подходят двое: Николай Глуховцев и Ольга Николаевна, девушка около восемнадцати лет. Глуховцев одет в красную русскую рубаху, поверх которой накинута серая студенческая тужурка, и в летнюю фуражку с белым верхом; девушка в легкой блузе с открытым вырезом. Верхнюю драповую кофту держит на руке ее спутник. Они останавливаются и восхищенно любуются далекой Москвой…

В сборник Леонида Андреева включены рассказы: Смерть Гулливера, Он.

В сборник Леонида Андреева входят следующие рассказы: Случай, Рассказ змеи, Герман и Марта, Рогоносцы, Чемоданов.

В сборник Леонида Андреева включены рассказы: «Правила добра», «Из рассказа, который никогда не будет окончен», «Два письма».

В сборник Леонида Андреева вошли рассказы: Покой, Призраки, Христиане.

В сборник Леонида Андреева включены рассказы: Первый гонорар, Смех, В темную даль, Иностранец.

В сборник Леонида Андреева включены следующие рассказы: Оригинальный человек, Город, Бездна, Весной.

В сборник Леонида Андреева включены рассказы: На станции, Мысль.