Доктор моего сына

«Не обижайте меня; я маленький человек, но у меня большое сердце; поэтому я так много любил и так сильно страдал. Слушайте, я расскажу вам всю правду и постараюсь открыть вам мою душу, насколько смогу; но за это я попрошу вас сделать мне небольшую услугу: развяжите эти бесконечные рукава моей ужасной рубашки; мне хочется говорить и жестикулировать. Что делать? У каждого оратора есть свои привычки. Кроме того, я бы попросил вас не пускать в эту комнату женщин. Я не боюсь бедных, больных и безобразных женщин, но красивые, нарядные и молодые вызывают во мне непередаваемый ужас. Я кричу „лгунья“ и прячусь под подушки, под диван, под что угодно; судорога ломает мое тело, и ужас искажает мое лицо. Мое сердце стучит, как барабанщик, увидевший врага, и мне хочется стать чем-то неосязаемым и невидимым. Я боюсь, что женщина найдет меня везде; они ужасно чувствительны к запаху горячей крови…»

«Не у самой саламандры (это не камин!), а немного в стороне, у круглого столика, сидели две старушки. Зимний день был мрачным. Старушки также подсоединились к окну с вязанием, хотя оттуда дул холодный ветер. Но с этого момента не зажигать же лампу над обеденным столом. За эти годы привычка – мысль о каждом лишнем франке…»

– Я не ищу жену. – Я тоже не ищу отношений. – Отлично, что мы это выяснили. Малинка привязалась к тебе. Нам не нужно ничего портить. – Я поняла и и не думала об этом, – бормочу, краснея. – Когда вас ждать сегодня вечером? – Сегодня я не останусь на ночь. Меня бросил парень, уволили с престижной работы, и я оказалась на пороге дома властного ресторатора Кирилла Воронова, ведь его дочь хочет видеть в качестве няни только меня. Но малышка совсем не в курсе, что мы с ее папой познакомились не в детском саду, а в ночном клубе, где он пытался угостить меня напитком и предложил провести время вместе, а я отказалась… Это создает некоторые сложности в наших отношениях с моим новым боссом.