Белый волк
(Башкирская легенда)
Ночью, когда всё вокруг окутано темнотой и безмолвием, серые волки издают свои пронизывающие вои в лесах и на полях, а на этот звук откликаются голодные собаки, обитающие в деревнях.
Книги автора: Василий Брусянин
За покойникомВасилий Брусянин
На улице тягостный день, небо затянуто тяжелыми серыми облаками, идет мелкий дождь. Холодно и сыро. Улицы выглядят уныло, а люди кажутся раздраженными и мрачными. У пятиэтажного дома на Литейной улице стоят черные погребальные кареты, которые тянут пара лошадей в темных попонах.
...ещё
На лыжахВасилий Брусянин
Спешим на предвыборное собрание младофиннов. Идём по узкой лесной дорожке на лыжах. За все эти дни, то тут, то там, время от времени встречаешь на больших дорогах и узких лесных тропках людей, которые тоже идут на лыжах. Всё взрослое население Финляндии – мужчины и женщины – в движении: собираются по деревням, спешат на предвыборные митинги, навещают друг друга и обсуждают единственный для всех актуальный вопрос: кого выбрать депутатом в сейм? И мы продолжаем свой путь на лыжах по узкой лесной дороге, направляясь на предвыборное собрание. Впереди меня идет Пекко Лейнен, мой друг из страны лесов и туманов…
...ещё
На свободеВасилий Брусянин
Когда он вернулся в родную усадьбу, была темная беззвёздная ночь. В доме все спали. У калитки дремал ночной сторож. По двору, привязанная на цепь, бегала большая лохматая собака, и железный блок визжал, проходя по туго натянутой проволоке.
На окрик приезжих сторож Пахом не сразу отворил калитку. За долгие годы охраны дома, насколько помнит Пахом, никто не смел стучаться в ворота Березинского дома поздно ночью.
– Кто там? – спрашивал сторож.
– Отвори… отопри!.. – слышался в ответ незнакомый грубый голос.
Старик смотрел в щель калитки и молчал. Лохматый пес бросился к калитке и неистово лаял…
...ещё
Скорбящий господинВасилий Брусянин
Вчера я пережил необычную встречу. Часов в первом ночи я одиноко расположился за круглым столиком в одном из ресторанов на Невском. Небольшое помещение, тускло освещённое газом, было грязноватым и не очень уютным, с тёмными стенами и потолком, что, видимо, не способствовало тому, чтобы посетители задерживались. Кроме меня, у буфета находились какие-то немцы, которые закусывали бутербродами и пили пиво, а в углу сидел господин с перевязанной платком щекой, за одинокой бутылкой портера, нещадно куря…
...ещё
ДавыдкаВасилий Брусянин
Все называли его пренебрежительным именем «Давыдка», но никто не хотел принижать его этим прозвищем. В этом человеке было что-то грустно-убогое: он улыбался какой-то особенной болезненной улыбкой, никогда не шутил и не выглядел счастливым, хотя сам считал себя самым счастливым из смертных. – Давыдка живёт… Еге!.. Живёт!.. Ничего, – часто повторял он…
...ещёКниги чтеца
Кодекс Прехистората. СуховейИгорь Стенли
Роман "Кодекс Прехистората" принадлежит к жанру апокалипсиса в стиле фантастического реализма. В отличие от традиционных произведений, где катастрофа происходит в самом начале, здесь читателя вводят в мир, находящийся на грани глобальных потрясений. С первых страниц создается атмосфера надвигающейся угрозы, и до самого конца остается неясным, чем завершится история. Вместе с главным героем читатель пройдет путь от обычного менеджера до ключевого персонажа, ставки в игре которого — жизни миллиардов людей.
...ещё
АльмарикРоберт И. Говард
Исайя Керн был изгнан из общества из-за своей непокорной силы. Он оказался на другой планете без средств к существованию. Теперь ему предстоит найти свое место в этом неизвестном мире и стать его частью. Так началась история героя, который изменит Альмарик.
Дополнительная информация: Роман не был завершен Робертом Говардом; его закончил неизвестный автор (существуют предположения, что это мог быть Фэрнсуорт Райт, Отис Адельберт Клайн, Отто Биндер или другой писатель).
...ещё
Лунная трилогияЕжи Жулавский
"Лунная трилогия" Ежи Жулавского считается классическим произведением жанра научной фантастики не только в Польше, но и далеко за её пределами. Автор, обладая богатым жизненным опытом, передал эту глубину в своих трех романах - "На серебряной планете", "Победоносец" и "Древняя земля". В этих произведениях присутствует романтика открытия нового мира, приключения, столкновения различных культур, вопросы возникновения религии и сатирический взгляд на общество. Эти книги продолжают пользоваться популярностью, переиздаются в Польше и переводятся на множество языков. Эпопея, пронизанная философскими и социологическими размышлениями, с трагическими персонажами, разворачивается на загадочных лунных ландшафтах и остается одним из немногих произведений фантастики, которые выдержали испытание временем.
Содержание:
- На серебряной планете
- Победитель
- Древняя Земля
...ещё
Орки XXI векаМаксим Колпачев
Что, если ролевики организовали бы игры за пределами вселенной Толкина, с более динамичным игровым процессом, который продолжался бы 24 часа в сутки? Где сражения были бы настоящими, до крови? "Эта игра имеет три основных правила. Первое: никто, кроме участников, не должен о ней знать. Ни родственники, ни друзья, никто. Второе: нельзя покидать игру досрочно, и сдаваться нельзя. Если начал играть, играй до конца. И третье: старайся избегать убийств, если это возможно. Вот и всё. Существуют ещё десять дополнительных правил, но об этом позже".
...ещё
Тайна пса-невидимкиМери Кери
В повести персонажи, именующие себя Тремя Сыщиками, встречаются с призраком, умеющим проходить сквозь стены, и с огромным невидимым псом.
...ещё
Дул чёрный ветерРоберт И. Говард
Джон Бракман срочно позвонил Эммету Глентону и попросил его приехать. Эммет быстро собрался и отправился в путь, не догадываясь о тех невероятных событиях, которые ожидают его впереди.
...ещёПохожие книги
По касательнойСтефан Грабинский
Пережив серьезное заболевание головного мозга, Вжецкий начинает проявлять склонность к созданию сложных философско-мистических теорий и концепций. Одной из таких становится идея «касательных» — линий, соединяющих определенные точки жизненных путей, которые представляют собой траектории движения человека в пространстве и времени. Вжецкий неустанно ищет доказательства своей теории касательных. Однажды цепь случайных и незначительных событий, истолкованная им как фатальная логика, приводит Вжецкого к трагическому завершению.
...ещё
АмундсенЭлис Манро
Молодая учительница Вивьен Хайд оставляет Торонто и приезжает работать в школу при санатории, расположенном в холодном и уединенном местечке под названием Амундсен. Она сталкивается с суровой реальностью жизни и смерти среди пациентов, а также знакомится с властным и циничным главным врачом, доктором Фоксом.
...ещё
Белая хризантемаМэри Брахт
В 1943 году на корейском острове Чеджу шестнадцатилетняя Хана, никогда не покидавшая свой дом, живет под японским контролем. Она принадлежит к роду хэнё, морских ныряльщиц. Ее младшая сестра мечтает стать одной из них. Сестры счастливо живут у океана, но судьба разлучает их, отправляя Хану в далекие края, где ей предстоят тяжелые испытания. Хана, как и все женщины моря, обладает силой и стойкостью, и не теряет надежды когда-нибудь вернуться домой.
В 2011 году в Южной Корее Эми, более шестидесяти лет пытавшаяся забыть события детства, понимает, что, чтобы обрести покой, ей нужно встретиться с прошлым и вспомнить все, что произошло. Возможно, ей удастся найти сестру.
«Белая хризантема» — это эмоциональная история о двух сестрах, которых война разлучила, но их любовь оказывается сильнее, чем все преграды.
...ещё
Джордж Венн и привидениеАртур Дойль
Группа друзей встретилась вечером у Джорджа Венна в холодный зимний день и начала обсуждать призраков.
...ещё
КитаёзаДжек Лондон
Французы проявили удивительную неразумность. В ходе расследования убийства Чун Га они задержали пятерых человек, которые оказались ни в чем не виноваты. Так как они не совершали преступления, им не угрожает суд.
...ещё
Первая ледиСьюзен Филлипс
Кто такая первая леди? Это ли женщина, обладающая влиянием? Или та, за которой с интересом наблюдают миллионы людей? Возможно, это просто человек, ищущий любви и счастья. Кто сможет заполонить ее сердце страстью? Только самый добрый, сильный и чуткий мужчина, который сумеет понять ее тонкую, ранимую и открытую для любви душу.
...ещё