Старик и море

Общество всегда разделялось на живых и мертвых. Война старалась уничтожить всех живых, чтобы утвердить право на жизнь за мертвыми, но на самом деле все вышло иначе. Новый постоялец, читающий дневник предыдущего арендатора квартиры, безусловно, "жив" и его ожидает светлое будущее.

Георгий Шенгели назвал Сигизмунда Кржижановского «прозеванным гением». Сам писатель говорил: «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность». Он так и не увидел ни одной своей книги при жизни, первая из которых была опубликована спустя тридцать девять лет после его смерти. В настоящее время его именуют «русским Борхесом» и «русским Кафкой», его произведения переводят на европейские языки, издают, изучают и, что самое важное, с увлечением читают. Новеллы Кржижановского являются ярким примером интеллектуальной прозы, они изящны, как шахматные этюды, и в каждой из них чувствуется пульсация времени и намечаются пути к вечным загадкам бытия.

Георгий Шенгели назвал Сигизмунда Кржижановского «прозеванным гением». Сам писатель говорил: «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность». Он не увидел ни одной своей книги при жизни, первая из которых была опубликована лишь через тридцать девять лет после его смерти. Сегодня его называют «русским Борхесом» и «русским Кафкой», его произведения переводят на европейские языки, издают, изучают и, что самое важное, с интересом читают. Новеллы Кржижановского являются выдающимся примером интеллектуальной прозы: они изящны, как шахматные этюды, но в каждой из них чувствуется пульс времени и намечаются пути к вечным загадкам бытия.

Георгий Шенгели охарактеризовал Сигизмунда Кржижановского как «прозеванного гения». Сам писатель говорил: «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность». Он не увидел ни одной своей книги при жизни, первая из которых была опубликована через тридцать девять лет после его смерти. В настоящее время его называют «русским Борхесом» и «русским Кафкой», его произведения переводят на европейские языки, издают, изучают и, что самое важное, с удовольствием читают. Новеллы Кржижановского являются ярким примером интеллектуальной прозы; они изящны, как шахматные этюды, и в каждой из них ощущается пульс времени, а также намечаются пути к вечным загадкам бытия.

Георгий Шенгели охарактеризовал Сигизмунда Кржижановского как «прозеванного гения». Сам писатель говорил: «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность». Он не дожил до выхода ни одной своей книги, первая из которых появилась лишь через тридцать девять лет после его смерти. Сегодня его называют «русским Борхесом» и «русским Кафкой», его произведения переводят на европейские языки, издают, изучают и, что самое важное, с увлечением читают. Новеллы Кржижановского представляют собой яркий пример интеллектуальной прозы; они изящны, как шахматные этюды, но в каждой из них ощущается пульс времени и намечаются пути к вечным загадкам существования.