На обрыве повествования
Много лет назад эта книга (1914 – 1922) была задумана в двадцати Узлах, каждый из которых имеет свою тему. В процессе непрерывной работы с 1969 года материал был представлен в другом свете. Центр внимания сместился на Февральскую революцию. Уже в „Апрель Семнадцатого” проявляется довольно ясная картина обречённости февральского режима – и нет другой решительной, собранной и динамичной силы в России, кроме большевиков: октябрьский переворот уже с апреля начинает выглядеть как неизбежный. После апреля обстановка меняется скорее количественно, чем качественно. Кроме того, объем написанного и мой возраст вынуждают меня прервать повествование. Тем не менее, для последующих Узлов я представляю читателю конспект главных событий, которые нельзя обойти стороной, если писать подробно. (Для Семнадцатого года они описаны в значительной мере, также с обзором мнений; затем – схематично.)
Книги автора: Солженицын Александр
Безумное искусство. Страх, скандал, безумиеГоголь Николай
Аудиокнига посвящена существованию трех основных психоэмоциональных состояний в культуре – страха, скандала и безумия. Ведущие специалисты из России, Франции, Америки и Израиля приглашают читателей увидеть скрытые смыслы, лежащие в основе знакомых произведений: «Ревизор», «Преступление и наказание», «Идиот», «Дядя Ваня», «Мелкий бес», «Лолита» и других. Фигуры Гоголя, Достоевского, Чехова и Набокова раскрываются перед слушателем в новом свете. Страх выступает мощным толчком в развитии личности, но может также стать причиной ее коренного изменения, разрушения или даже гибели. Литературные скандалы открывают новые детали писательских биографий и культурного быта эпохи, что отражается в творчестве литераторов и артистов. И, пожалуй, самая захватывающая часть аудиокниги погружает в мир литературного безумия, рассказывая о письме как патологии. Здесь идет речь об эпигонах и подражателях, о психически нездоровых героях книг, бреде и галлюцинациях, которые, тем не менее, выполняют важные художественные задачи в произведениях.
...ещё
Один день Ивана Денисовича Солженицын Александр
«В 1950 году, в один из долгих зимних дней в лагере, я вместе с напарником носил носилки и задумался: как же описать всю нашу лагерную жизнь? На самом деле, достаточно подробно рассказать о одном обычном дне… о дне простого работяги, и в нем отразится вся наша жизнь. Не нужно нагнетать ужасов, не обязательно, чтобы это был какой-то особенный день, а просто рядовой, тот самый день, из которого складываются годы. Я так задумал, и эта мысль оставалась со мной в течение девяти лет, пока в 1959 году, спустя девять лет, я не сел и не написал». «Я писал его довольно быстро, всего за 40 дней, меньше полутора месяцев. Обычно так и получается, когда пишешь из насыщенной жизни, быт которой ты прекрасно знаешь… просто отбиваешься от лишнего материала, чтобы не допускать его излишества, и стараешься вместить только самое важное». © А. Солженицын (наследники) © ИП Воробьев В.А.; © ИД СОЮЗ
...ещё
Матренин двор. Крохотки 50-х. Крохотки 90-х Солженицын Александр
«Матрёнин двор» был опубликован в январском выпуске журнала «Новый мир» за 1963 год (тираж 102 700 экз.). В советской прессе «Матрёна» встретила настороженное, почти враждебное отношение; критики не стеснялись нападок на Хрущёва («в сегодняшней деревне писатель не заметил черт нового времени», «описывать плохое, тёмное и грязное значительно легче, чем воспевать хорошее, светлое и чистое»). Однако о «второй вещи» Солженицына Лидия Корнеевна Чуковская записала: «…Мне она понравилась больше первой. Та ошеломляет смелостью, потрясает материалом, — ну, конечно, и литературным мастерством; а “Матрёна”… тут уже виден великий художник, человечный, возвращающий нам родной язык, любящий Россию, как сказано у Блока, смертельно оскорбленной любовью… Вот и сбывается пророческая клятва Ахматовой: И мы сохраним тебя, русская речь, Великое русское слово. Сохранил — возродил — з/к Солженицын». Отзывы Анны Ахматовой были высоки: «Удивительная вещь… Удивительно, как могли напечатать… Это пострашнее “Ивана Денисовича”… Там можно всё на культ личности спихнуть, а тут… Ведь это у него не Матрёна, а вся русская деревня попала под паровоз и вдребезги… Мелочи тоже удивительные… Вы заметили: у него скамьи и табуретки бывают то живые, то мёртвые… А тараканы под обоями шуршат? Запомнили? Как далёкий шум океана! и обои ходят волнами… А какая замечательная страница, когда он вдруг видит Матрёну молодой… И всю деревню видит молодой, то есть такой, какая она была до всеобщего разорения…» В 1965 году в Париже, беседуя с Никитой Струве, Ахматова говорит: «Когда вышла его большая вещь [“Один день Ивана Денисовича”], я сказала: это должны прочесть все 200 миллионов. А когда я читала “Матрёнин двор”, я плакала, а я редко плачу». В 2008 году в репертуаре Государственного академического театра имени Вахтангова появился спектакль «Матрёнин двор» (реж. Иванов, актеры — Елена и Александр Михайловы). Авторское чтение, запись которого мы вам предлагаем, было осуществлено в 1996 году по инициативе В.В. Макаренко и Т.Н. Петруниной. КРОХОТКИ — так назвал автор свои прозаические миниатюры. Первый цикл «Крохоток» он писал с 1958 по 1960 год. Лишь «Молитва» была написана в 1963. «Крохотки» не были напечатаны в СССР, но распространялись в самиздате. «…Весной 1964, — пишет Солженицын, — …я дал в несколько рук свои “Крохотки” на условии, что их можно не прятать, а “давать хорошим людям”. Эти “Крохотки”… имели большой успех. Они очень скоро распространились в сотнях экземпляров, попали в провинцию. Неожиданнее всего было для меня то, что откровенная защита веры (давно ли в России такая позорная, что ни одна писательская репутация её бы не выдержала?) была душевно принята интеллигенцией. Самиздат прекрасно поработал над распространением “Крохоток” и прорисовал неплохой выход для писателя, которого власти решили запретить. Распространение “Крохоток” было таким бурным, что уже через полгода — осенью 1964, они были напечатаны в “Гранях”, о чём “Новый мир” и я узнали из письма одной русской эмигрантки». («Грани», Франкфурт-на-Майне, 1964, № 56.) Почти тридцать лет Солженицын не возвращался к этому жанру. «Только вернувшись в Россию, я оказался способен снова их писать, там — не мог…» Эти слова из письма писателя в «Новый мир» журнал поставил эпиграфом к публикации в январе 1997 первых крохоток второго цикла, который был напечатан в течение 1997 и 1999 годов в четырёх номерах журнала. © А. Солженицын (наследники); ©℗ ИП Воробьев В.А.; ©℗ ИД СОЮЗ
...ещё
Случай на станции Кочетовка. Правая кисть. Захар-Калита Солженицын Александр
СЛУЧАЙ НА СТАНЦИИ КОЧЕТОВКА. «Случай на станции Кочетовка» был написан в ноябре 1962 года и сразу отправлен в «Новый мир», где в эти дни только что вышел «Один день Ивана Денисовича», и редакция ждала новых рассказов. Солженицын вспоминает: «"Самый опасный — второй шаг! — предостерегал меня Твардовский. — Первую вещь, как говорится, и дурак напишет. А вот — вторую?..” Он смотрел на меня с тревогой. Под "второй" он имел в виду не "Матрёну", а то, что я напишу следующее». Беря рукопись, Твардовский «очень волновался... и ещё больше волновался, читая, — боялся промаха, боялся, как за себя». Через два дня он отправил автору радостную телеграмму: «Рассказ очень хорош, необходимо встретиться». Сюжет рассказа — «истинный случай 1941 года с моим приятелем Лёней Власовым, — пишет Солженицын, — когда он комендантствовал на ст. Кочетовка, с той же подробностью, что проезжий именно забыл, из чего Сталинград переименован». Рассказ напечатали быстро — вместе с «Матрёной», под общей шапкой «Два рассказа» — в январском выпуске «Нового мира» за 1963 год. (В названии Кочетовку сменили на Кречетовку, чтобы не дразнить Кочетова, главного редактора журнала «Октябрь», который враждовал с «Новым миром».)
ПРАВАЯ КИСТЬ. «...Весна эта была для меня самой мучительной и самой прекрасной в жизни». После восьми лет заключения и года ссылки, мучимый метастазными болями, Солженицын с трудом получает разрешение комендатуры покинуть свой ссыльный аул Кок-Терек и направиться в раковую клинику Ташкента. «Осенью 1953 очень похоже было, что я доживаю последние месяцы. В декабре подтвердили врачи, ссыльные ребята, что жить мне осталось не больше трёх недель... Это был страшный момент моей жизни: смерть на пороге освобождения и гибель всего написанного, всего смысла прожитого до тех пор... Эти последние обещания врачами не давали мне избежать работы в школе, но вечерами и ночами, безсонными от болей, я торопился мелко-мелко записывать, и скручивал листы по несколько в трубочки, а трубочки наталкивал в бутылку из-под шампанского, у неё горлышко широкое. Бутылку я закопал на своём огороде — и под новый 1954 год поехал умирать в Ташкент». Добрался «почти уже мертвецом». «Я так и приехал сюда — умирать. А меня вернули пожить ещё».
ЗАХАР-КАЛИТА. Летом 1963 года маршрут велосипедной поездки Солженицына прошёл через Куликово поле. Рассказ был написан в 1965 году. Редакция «Нового мира» попыталась напечатать рассказ в «Правде». Солженицын пишет: «Качели! Весь следующий день мой рассказ шёл по "Правде", возвышеваясь от стола к столу. [А там] заметили только слово "монголы". И объяснил мне Абалкин по телефону: сложилось мнение (а выраженьице-то сложилось!), что печатание "Захара" именно в "Правде" было бы международно истолковано "как изменение нашей политики относительно Азии". А с Монголией у Советского Союза сложились особенные отношения. В журнале, конечно, можно печатать, а у нас — нет». Рассказ был напечатан в «Новом мире» в 1966 году (№ 1). Это была последняя публикация Солженицына в СССР, ни одна строка писателя не была напечатана вплоть до его изгнания в 1974 году.
...ещё
Эго. Абрикосовое варенье. Все равно. Адлиг-Швенкиттен Солженицын Александр
В рассказе «Эго» использованы материалы, собранные Солженицыным в середине 60-х: «Торопя судьбу, нагоняя упущенные полстолетия, я бросился в Тамбовскую область собирать остатки сведений о крестьянских восстанцах». Этот массив планировался для «Красного Колеса», но, как писал А.С. Кузьмин, «теперя уже видно, отрезано — не войдёт». Гать — несравненно крестьянский поход на Тамбов с вилами, под колокольный звон встречных сёл! Восстание в Пахотном Углу. Повстанческий центр в Каменьке… Мятеж в Туголуковке и партизанские окопные и летучие бои. Партизанство по Сухой и Мокрой Панде и в урёмах Вороны… Штаб Тухачевского в Тамбове. Семьи повстанцев — в концлагеря, недоносы на повстанцев — расстрел! И Георгий Жуков в отряде подавителей. Отца Михаила Молчанова котовцы вывели с литургии и зарубили на паперти. И весь накатанный сюжет с Эго. «Абрикосовое варенье» сталкивает «две России» Тридцатых годов: еле живую после Великого Перелома, коллективизации и голодомора — и столичную, где барствует каста «инженеров человеческих душ», нанявшихся в обслугу сталинскому режиму. Выведенный в рассказе Писатель легко разгадывается: «красный граф», Алексей Николаевич Толстой. Похожесть и внешняя, и биографическая, а речь Писателя почти дословно цитирует его временные выступления. «Всё равно» — первую и вторую части рассказа связывает лишь общая мысль: в столкновении идеологизированной схемы и живой жизни всегда права живая жизнь, даже если сила на стороне схемы. Действие первой части рассказа происходит в тревожном и голодном ноябре 1942 года, в запасном полку, где формируются части для отправки на фронт; действие второй — в 1994, на Ангаре. Рассказ был напечатан впервые в «Литературной газете» (1995, 16 августа). — В авторском чтении существует лишь первая часть рассказа. «Маленькая повесть "Адлиг Швенкиттен" — о боях в Восточной Пруссии в январе 1945-го — настоящий шедевр позднего Солженицына, где его литературное мастерство достигло предельной концентрации, — пишет поэт Юрий Кублановский. — С первых же страниц и абзацев повествования проникает в читательскую душу чувство вещей, точнее, зловещей тревоги — и так по нарастающей — вплоть до реквиемного финала». Повесть выстраивает одни сутки войны, в ней 24 короткие главки, по числу часов. Она описывает и последний бой капитана Солженицына, чья батарея вместе со всей 68-й пушечной артбригадой оказалась (в порывистом беспечном наступлении к Балтийскому морю) под разрушительным ударом окружённых в Пруссии немцев. © А. Солженицын (наследники); ©℗ ИП Воробьев; ©℗ ИД СОЮЗ
...ещё
Дороженька. Стихи тюремно-лагерных лет Солженицын Александр
Александр Исаевич создавал «Дороженьку», находясь в лагере. Вернее, он даже не писал её. Это были 12 тысяч строк, которые он запоминал. Он записывал их на клочках бумаги, а затем сжигал эти записи, оставляя только в памяти. Именно так он и вывез произведение из лагеря. Впервые повесть была опубликована в 1999 году. Книга называлась «Протеревши глаза», и кроме «Дороженьки» в неё вошли стихи и повесть «Люби революцию», начатая А.И. Солженицыным ещё в шарашке. Теперь у вас есть возможность ознакомиться с аудиоверсией этого произведения в авторском исполнении. © А. Солженицын (наследники); ©&℗ ИП Воробьев; ©&℗ ИД СОЮЗ
...ещёКниги чтеца
Хочу быть честнымВойнович Владимир
В сборник включены повести: «Хочу быть честным», «Расстояние в полкилометра», «Путем взаимной переписки», «Иванькиада, или Рассказ о вселении писателя Войновича в новую квартиру», «Шапка», «Открытые письма». Теперь читатель способен самостоятельно оценить спор писателя с административной системой.
...ещё
Начало концаАлданов Марк
Наши герои оказываются в средневековой Франции, в начале пятнадцатого века.
В это время разгорается Столетняя война. Им необходимо как-то выжить и не утонуть в этом кровавом хаосе. Что могут сделать люди, которые сражались в современных войнах, в мире средневековья? Они не обычные граждане, студенты или любители стратегий на диване. Эти молодые люди уже успели повидать боевые действия в различных конфликтах двадцать первого века. Они настоящие профессионалы. Как им быть в аду Столетней войны, где неподготовленный человек просто не выживет?
...ещё
Бедная, бедная ОфелияУэстон Кэролин
В первом томе трилогии Кэролин Уэстон повествуется о начале карьеры молодого «детектива-студента» Стива Келлера в полиции Лос-Анджелеса под наставничеством стажированного сержанта Майка Стоуна.
...ещё
Мелочи архи..., прото... и просто иерейской жизниАрдов Михаил
Эффективная методика Дэна Салливана и Бенджамина Харди изменит ваше мышление как в профессиональной, так и в личной жизни. Она поможет вам осознать, что вы достигаете прогресса даже в сложные времена, укрепит вашу мотивацию и уверенность, а также настроит на успех.
...ещё
Императоры. Психологические портретыЧулков Георгий
«Императоры. Психологические портреты» — это один из наиболее известных историко-психологических очерков Георгия Чулкова (1879–1939), который был литератором, критиком, издателем и публицистом в эпоху Серебряного века.
Автор проводит глубокий и всесторонний анализ личностей российских императоров из династии Романовых. В центре его внимания находятся пять монархов конца XIX — начала XX века: Павел I, Александр I, Николай I, Александр II и Александр III. Сквозь призму императорских личностей читатель наблюдает противоречивую судьбу России — от реформ до реакции, от диктатур до революционных преобразований, от света к тьме и обратно.
Содержание
Предисловие автора
Император Павел
Александр Первый
Николай Первый
Александр Второй
Александр Третий
...ещё
Отцы и деды. Диалог через 70 летАйхенвальд Юрий
Воспоминания Юрия Айхенвальда, поэта, переводчика, театроведа и историка русской культуры
Айхенвальд Юрий Александрович (16.11.1928, Москва — 28.06.1993, Москва) был внуком известного литературного критика и эссеиста Юлия Исаевича Айхенвальда, который был выслан из РСФСР в 1922 году за свои антикоммунистические взгляды. Его отец, Айхенвальд Александр Юльевич, являлся коммунистом и заметным членом партийной (бухаринской) оппозиции; с 1933 года он находился в заключении и позже был расстрелян. В 1938 году была арестована мать Юрия, а многие другие его родственники также подверглись репрессиям. Воспитанием мальчика занималась бабушка, оказавшая на него значительное влияние.
О своих родителях и детстве он рассказал в воспоминаниях "Отцы и деды".
...ещёПохожие книги
Подвиг Магеллана Цвейг Стефан
Книга «Подвиг Магеллана» является одной из высших точек творчества классика австрийской литературы, мастера биографической прозы Стефана Цвейга (1881–1942). В центре сюжета находится португалец Фернао де Магельаеш, который совершил величайшее плавание эпохи Великих географических открытий и вошел в историю под именем Магеллана. Отправившись от испанского берега на пяти малых парусниках в неизвестность, его экспедиция — благодаря невероятному мужеству и железной воле своего командира — осуществила кругосветное путешествие и на практике подтвердила шарообразность Земли. Из двухсот шестидесяти пяти участников экспедиции домой вернулись лишь восемнадцать на одном латаном-перелатаном корабле. Сам Магеллан трагически погиб в дни своего величайшего триумфа на филиппинском острове Мактан, его подвиг был присвоен другими, и только спустя многие десятилетия справедливость была восстановлена. Книга Стефана Цвейга считается лучшей биографией великого мореплавателя.
...ещё
Ленинградская оборонаВладимир Бешанов
Эта книга интересна тем, что автор сосредоточил внимание не на блокадном Ленинграде, о котором уже написано многое, а на сражениях, происходивших на дальних и ближних подступах к этому городу. Исследование охватывает период с момента вторжения немецких войск в Прибалтику в июне 1941 года и завершается Мгинской операцией летом 1943 года. В тексте используются мемуары как советских, так и немецких командиров, а также воспоминания солдат и официальные документы, включая недавно рассекреченные материалы НКВД. Книга ярко иллюстрирует огромные жертвы, которые понес СССР ради победы в Великой Отечественной войне, и анализирует причины этих потерь. Рукопись получила положительные отклики от ветеранов обороны Ленинграда и исследователей из музеев Санкт-Петербурга. Она предназначена для широкой аудитории.
...ещё
Россия в средние векаГеоргий Вернадский
«Россия в средние века» – четвертая книга «Истории России» Г.В. Вернадского, охватывающая период XV – начала XVI веков, когда формируется централизованное русское государство. Используя широкий спектр источников, автор создает картину экономической, социально-политической и культурной истории Московского царства в эпоху его освобождения от татаро-монголов и постепенного наращивания мощи.
...ещё
Дьявольский союз. Пакт Гитлера – Сталина 1939-1941Мурхаус Роджер
Они поклялись друг другу в мире. И вскоре разразилась война.
Это глобальное и всестороннее исследование документа, который кардинально изменил мировую историю XX века.
23 августа 1939 года Советский Союз и нацистская Германия подписали Договор о ненападении, известный как пакт Молотова – Риббентропа. Секретный дополнительный протокол к этому соглашению, который фактически определил «территориально-политическое переустройство» Прибалтийских стран и Польши, предопределил дальнейшее развитие событий в XX веке. Всего через 8 дней после подписания договора немецкие вооруженные силы пересекли границы Польши, и вскоре Англия, Франция, Австралия и Новая Зеландия объявили войну Германии, а 17 сентября 1939 года на польскую территорию вошли советские войска. Британский историк Роджер Мурхаус анализирует предпосылки и последствия этого «дьявольского союза» и пытается ответить на вопрос: действительно ли Гитлер и Сталин верили в возможность совместного сосуществования двух держав, поделивших Европу, или это изначально была лишь тактическая уловка, направленная на отсрочку перед неизбежным военным конфликтом?
Дополнительная информация:
Они поклялись друг другу в мире. И вскоре разразилась война.
Это глобальное и всестороннее исследование документа, который кардинально изменил мировую историю XX века.
Накануне Второй мировой войны весь мир находился в состоянии напряжения. Одни страны проводили агрессивную политику и вели активные пропагандистские кампании, другие пытались задобрить агрессора, третьи мечтали о разделе чужих земель, а четвертые просто хотели остаться в стороне. Англия и Франция, США и Канада, Япония и Польша, СССР и Германия – у каждой страны была своя стратегия, своя игра, свои ставки и свои ошибки. Результатом всех этих сложных политических интриг стало начало одной из самых ужасных, жестоких и кровопролитных войн в истории человечества. Можно ли было этого избежать? И хотели ли великие державы предотвратить это? Точкой невозврата стало подписание договора о ненападении между СССР и Германией, известного как пакт Молотова – Риббентропа. Этот документ, особенно его дополнительный протокол, стал катализатором невиданного ранее взрыва. Анализируя огромное количество мемуаров, секретных донесений, газетных статей, личных писем и архивных документов, Мурхаус не только восстанавливает все события, сопровождавшие подписание этого договора, но и подробно рассматривает каждую политическую фигуру, ставшую участником этого «Дьявольского союза».
Мурхаус демонстрирует суть этой катастрофической сделки лучше, чем кто-либо другой.
FOREIGN AFFAIRS
Великолепно… Урок, который преподает нам замечательная книга Мурхауса, заключается в том, что больше никогда не должно быть русско-германского разделения Восточной Европы на “сферы влияния”.
WALL STREET JOURNAL
Честный рассказ о том, что означал этот пакт для Гитлера и Сталина – и, что еще страшнее, для жертв. В предисловии автор подчеркивает, что нацистско-советский сговор следует вынести из сносок и вернуть на заслуженное место в истории. Он скромно надеется способствовать этому процессу. И у него это удалось.
NEW YORK REVIEW OF BOOKS
Мурхаус с необычайной элегантностью развенчивает мифы и ошибочные интерпретации, отделяя их от строгих фактов.
INDEPENDENT
История помнит Советский Союз и нацистскую Германию как непримиримых врагов, чье противостояние определяло ход Второй мировой войны. Однако в течение части этого периода Гитлер и Сталин были союзниками. Британский историк Роджер Мурхаус тщательно реконструирует предпосылки и последствия пакта Молотова – Риббентропа, подписанного в 1939 году, возвращает к жизни людей, чьи судьбы были искалечены этим роковым союзом, и создает живое, осязаемое полотно эпохи, на которую мы привыкли смотреть сквозь призму искажений.
...ещё
Петр I и Екатерина I в ТаллиннеЮри Куускемаа
Книга искусствоведа Юри Куускемаа посвящена событиям периода правления Петра I и Екатерины I, которые имеют отношение к Таллинну и Палдиски. С 1964 года автор работает в Эстонском художественном музее, а с 1974 года занимается изучением архитектурных и художественных памятников Кадриорга. Юри Куускемаа известен как автор радиопередач «Memoria», один из учредителей Эстонского общества охраны памятников старины, а также как инициатор и организатор Дней Старого города в Таллине. В дополнение к своей исследовательской деятельности, Юри Куускемаа активно занимается популяризацией истории и культуры Эстонии как в устной, так и в письменной формах.
...ещё
Со шпагой и факелом. Дворцовые перевороты в России. 1725-1825 годыМихаил Бойцов
В аудиокниге Михаила Бойцова «Со шпагой и факелом. Дворцовые перевороты в России. 1725-1825 годы» используются оригинальные источники – мемуары, дневники, письма и материалы официальных расследований, касающиеся событий «эпохи дворцовых переворотов».
Слушатели смогут пережить драматические моменты, начиная с интриг, связанных со смертью Петра I, и заканчивая убийством Павла I. Большинство материалов, представленных в книге, не переиздавались в советское время, а некоторые – публикуются на русском языке впервые.
...ещё