Юлия Земская

«… Затем мы обсуждали сны, полные чудес; и вот что поведал мне Сергей Сергеич, когда все разошлись, и мы остались одни в просторной полутемной комнате. Я до сих пор не понимаю, что это было. Конечно, это был сон, об этом говорит здравый смысл, но было и нечто иное, слишком напоминающее правду или бред с его обманчивыми образами; но одно я знаю — в постели я не находился, бродил по камере, когда это мне явилось, и глаза мои, кажется, были открыты. В любом случае, в моей памяти о прошлом этот сон… или случай? — занимает такое же уверенное место, как все то, что происходило в действительности. Возможно, даже крепче…»

Батюшка прибыл на станцию за два часа до отправления поезда. Он вышел из дома, когда только что взошло солнце, и проехал тридцать верст среди конопляных полей, лесов и лугов, где витал аромат конопли, цветов и придорожной ароматной пыли. На станции же ощущался запах каменного угля, масла и раскаленного на солнце железа. Работник, от которого исходил тот же запах, что и от батюшки, а также лошадиный навоз и деготь, резко развернул тарантасик на двух боковых колесах, поправил сиденье и уехал, оставив батюшку одного с его мешочком, зонтиком и сдобными лепешками…

В прозе Леонида Андреева удивительным образом сочетаются трепетная эмоциональность, внимательное исследование повседневной жизни России и порой иррациональный страх перед кошмарами «железного века». Любовь и смерть, жестокосердие и духовная стойкость человека – это основные темы его повестей и рассказов, которые стали одним из значительных достижений русской литературы начала XX века.