Алексей Белозер

Блистательная комедия великого русского писателя Льва Николаевича Толстого (1828-1910). В Петербурге, в состоятельном доме Звездинцевых, в привычной утренней суматохе снуют слуги, а посетители бесконечно звонят в дверь: артельщик от Бурдье с платьем и запиской для барыни, Сергей Иванович Сахатов, бывший товарищ министра, элегантный и свободный господин, который интересуется всем на свете, доктор, регулярно наблюдающий за барыней, Яков-буфетчик, вечно виноватый, неловкий и пугливый. Между доктором и Сахатовым начинается и обрывается разговор о спиритизме… Московский Художественный академический театр СССР им. М. Горького. Запись 1952 г. Леонид Федорович Звездинцев, отставной поручик – Станицын Виктор; Анна Павловна, его жена – Коренева Лидия; Бетси, их дочь – Степанова Ангелина; Василий Леонидыч, их сын – Массальский Павел; Алексей Владимирович Кругосветов, профессор – Топорков Василий; Доктор – Блинников Сергей; Марья Константиновна, воспитанница консерватории – Калиновская Галина; Петрищев – Комиссаров Александр; Баронесса – Сластенина Нина; Княгиня – Хованская Елена; Княжна – Ханаева Евгения; Графиня – Халютина Софья; Толстая барыня, Марья Васильевна Толбухина – Шевченко Фаина; Барон Клинген (Коко) – Кторов Анатолий; Дама – Гаррель Софья; Сергей Иванович Сахатов, бывший товарищ министра – Чебан Александр; Федор Иванович, камердинер – Готовцев Владимир; Григорий, лакей – Белокуров Владимир; Яков, буфетчик – Шишков Анатолий; Семен, буфетный мужик – Терешин Игорь; Кучер – Антонов Николай; Старый повар – Попов Владимир; Кухарка – Зуева Анастасия; Швейцар – Лакшин Яков; Таня, горничная – Забродина Татьяна; 1-й мужик – Грибов Алексей; 2-й мужик – Жильцов Алексей; 3-й мужик – Грибков Владимир; 1-й выездной лакей – Смулко Зенон; 2-й выездной лакей – Звенигородский Алексей; Артельщик из магазина – Ларин Николай. Пояснительный текст – Муравьев Владимир.

«Нельзя утверждать, что попытки это сделать были особенно успешными. Причина их неудовлетворительности отчасти кроется в том, что талант графа Толстого стремительно развивается, и почти каждое его новое произведение выявляет в нем новые качества. Безусловно, все, что могло бы сказать кто-либо о Гоголе после „Миргорода“, оказалось бы недостаточным после „Ревизора“, а мнения, высказанные о г. Тургеневе как авторе „Андрея Колосова“ и „Хоря и Калиныча“, требовали бы значительных изменений и дополнений, когда появились его „Записки охотника“. Такие же недостаточными оказались и эти мнения, когда он создал новые повести с новыми достоинствами…»

В тёмном-тёмном городе от полуночи до первых петухов мистическая сущность рассказывает жуткие легенды этого места.