Денис Голиков

Георгий Шенгели охарактеризовал Сигизмунда Кржижановского как «прозеванного гения». «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность», – так сам писатель говорил о себе. Он не увидел ни одной своей книги, первая из которых вышла через тридцать девять лет после его смерти. В настоящее время его называют «русским Борхесом» и «русским Кафкой», его работы переводят на европейские языки, издают, исследуют и, что самое главное, с увлечением читают. Новеллы Кржижановского являются ярким примером интеллектуальной прозы; они изысканны, как шахматные этюды, но в каждой из них чувствуется пульс времени и обозначаются пути к вечным загадкам бытия.

Георгий Шенгели назвал Сигизмунда Кржижановского «прозеванным гением». Сам писатель говорил о себе: «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность». Он не увидел ни одной своей книги при жизни, первая из которых вышла всего через тридцать девять лет после его смерти. В настоящее время его называют «русским Борхесом» и «русским Кафкой», его произведения переводят на европейские языки, издают, изучают и, что самое важное, с увлечением читают. Новеллы Кржижановского являются ярким примером интеллектуальной прозы, они изящны, как шахматные этюды, и в каждой из них ощущается пульс времени, а также намечаются пути к вечным загадкам бытия.