Книги серии Записки старого студента

Раздался звонок, хозяйка открыла дверь. – Студент Гроздин дома? – спросил женский голос. – Да, он дома; вот здесь, сейчас – направо… Дверь распахнулась, и вошла очень молодая девушка, остановившись нерешительно на пороге. Гроздин внимательно всмотрелся в её лицо.

– А видите, я подал заявку на зачисление в студенты… Это, конечно, дело необычное, поскольку я в рясе… Но это не страшно… Позвольте представиться: дьякон из села Богодуховского, фамилия моя Эвменидов…

Мы проводили вместе почти все вечера. Хотя мы с Буйновым не отличались особой разговорчивостью, Анна Григорьевна была настолько общительной, что в этом не возникало необходимости – она говорила за всех.

«– Скажи, пожалуйста, у тебя, похоже, крепкая дружба с этим господином? – С каким господином? – спросил я, совершенно не понимая, о ком он говорит. – Ну, с этим… С Литвицким. – Дружбы нет… Я его слишком мало знаю. Но вообще, у нас с ним хорошие отношения. – Это странно. – Почему странно? – Потому что Литвицкий человек подозрительный. – Как подозрительный? – Да просто так, подозрительный и всё. – Я не понимаю. – Так спроси других. Говорят даже, что он шпион.»

«Это было в 186* г. В небольшом двухэтажном домике, с виду похожем на благоустроенный сарай, некогда выкрашенном в коричневый цвет, вследствие долголетнего невозобновления превратившемся в бурый, на улице Ленивке…».

«Удивительно быстро вечер наступает в конце зимы на одной из улиц Петербурга. Только что был день, и внезапно стало темно. В тот день, с которого начинается мой рассказ – это было на первой неделе поста, – я совершенно спокойно сидел за своим маленьким столиком, что-то читал, используя последний свет серого дня, и хотя это происходило и в предыдущие дни, я был чрезвычайно удивлён и даже рассердился, когда вдруг увидел себя в полутьме зимних сумерек.»

В Москве, на Арбате, всё ещё стоит портерная, где совсем недавно собиралась молодёжь, проводя долгие вечера с кружкой пива. Теперь она сильно изменила свой облик, немного увеличилась в размерах, а с улицы её покрасили в голубой цвет…

«– Что, брат, боишься? – спросил Аристарх Глаголев у молодого студента второго курса, готовившегося к экзамену по какому-то „праву“, хотя за последние дни он уже сдал немало экзаменов. – А я совсем не боюсь. Вот так пойду и буду говорить с профессором, как с тобой.»

Квартира состояла из нескольких маленьких, тесных комнат, напоминающих клетки для животных. Все окна выходили на второй двор, который не отличался особой чистотой; в каждую комнату вела дверь из узкого темного коридора, и каждая была обставлена лишь в минимально необходимом объеме для комфортного существования. В комнате находились кровать, стол и два стула; на стене была вешалка для платья. В двух из них стояли комоды, за что взимали на два рубля больше.