Откровения частной жизни.

Она не искала любви. Он в неё не верил. Соня Морозова — художница, которая давно перестала рисовать для себя. Алексей Волков — успешный предприниматель, уставший от игр и фальши. Их пути пересекаются случайно, но то, что между ними возникает, нельзя назвать простым влечением. Он предлагает ей работу. Она соглашается, даже не подозревая, что этот выбор изменит всё. Быть рядом с ним — значит рисковать своим сердцем. А он давно решил, что его сердце больше не доступно для продажи. Но прошлое возвращается в самый неподходящий момент. Теперь им предстоит сделать выбор: укрыться за старыми масками или рискнуть и сыграть по-настоящему, даже если эта игра не их. Современный роман о доверии, уязвимости и любви, которая приходит в самый неожиданный момент.

Свобода слова на Западе всегда воспринималась как нечто вроде дешевых стеклянных бус, которые можно обменивать на несметные богатства у наивных дикарей-аборигенов, но которые не будут носиться в собственном доме. Запад громко говорит о «свободе прессы» и навязывает ее другим, при этом безжалостно преследуя своих инакомыслящих. Так, в большинстве европейских стран введены уголовные наказания за «отрицание Холокоста»! Любому, кто посмеет усомниться в том, что гитлеровцы уничтожили 6 миллионов евреев, грозит тюремный срок. Тот, кто попытается заявить, что «Циклон-Б» на самом деле является инсектицидом и не подходит для массового убийства, что газовые камеры в Освенциме были построены уже после войны и просто не герметичны, а в имеющихся крематориях физически невозможно было сжечь столько тел, – окажется за решеткой. Вопрос: чем эта новая инквизиция отличается от советской цензуры, которой так возмущалась «либеральная» Европа? Почему нельзя сажать людей за отрицание коммунизма, а за «отрицание Холокоста» можно и нужно?.. К счастью, в России, в отличие от Запада, все еще существует настоящая свобода слова, и мы можем издавать не только историков, поддерживающих официальную версию Холокоста, но и тех, кто сомневается и не согласен. Доказательством этого служит данная книга. Издано в авторской редакции.