Российская миссия. Забытая история о том, как Америка спасла Советский союз

Голод, который поразил Поволжье в 1921 году, стал не просто бедствием, а настоящей гуманитарной катастрофой, о которой говорили по всему миру. В конечном итоге большевики были вынуждены обратиться за помощью к своему главному идеологическому противнику – капиталистическим Соединенным Штатам Америки. Управляемая будущим президентом США Гербертом Гувером «Американская администрация помощи» (APA) возглавила крупнейшую на тот момент гуманитарную миссию в истории человечества. Книга описывает, как за два года АРА смогла спасти более десяти миллионов человек от голодной смерти и предотвратить не только еще большую трагедию, но и, возможно, крах всей советской системы, для которой вопрос продовольствия был вопросом выживания власти.
Контент заблокирован по требованию правообладателя
Книги чтеца

Идеи с границы познания. Эйнштейн, Гёдель и философия наукиХолт Джим
Язык науки, подобно языку музыки или архитектуры, представляет собой уникальную знаковую систему, обладающую глубоким философским значением. Не каждый способен уловить музыкальную гармонию, и не каждый заметит античное изящество или символизм в простой формуле. Тем не менее, Платон утверждал, что у того, кто в состоянии оценить вечную и идеальную красоту математических наук, «возникает желание ее воспроизвести — не биологически, а интеллектуально, «освободиться от бремени» прекрасными идеями и теориями». Вдохновленные этим, ученые стали героями данной аудиокниги. Что только стоят «фракталы Мандельброта с их изысканными узорами», абстрактная алгебра Эмми Нётер или Гёделева вселенная, лишенная времени.
...ещё
Кентийский принцЯрыгин Николай
После встречи с Алексией тан де Кобург жизнь у Алекса пошла совершенно иным путем, чем он ожидал. Легко нажить врагов, но столкнуться с их местью лицом к лицу гораздо сложнее. Тем не менее, наш герой никогда не сдается. Преодолевая все преграды и сражаясь с противником, даже в кровавых боях, он продолжает следовать по пути, предначерченному судьбой, а что ждет его в конце этого пути, пока не знает никто.
...ещё
Приход ТенейКаменев Алекс
Хозяин Замка Бури не может расслабиться. Для основания города необходимо привлечь поселенцев, однако вокруг действуют Вольные баронства. Бароны, при поддержке Магического Совета, захватывают свободных крестьян. Клинок Заката готов вступить в бой с магами четырех стихий, которые целенаправленно истребляют представителей Древней Знати – ансаларцев. В это время иномирные сущности, прорвавшись в этот мир, готовы окрасить его реками крови, перестраивая его под свои нужды…
...ещё
Последний из рода КортоПивко Александр
Краткий, полностью лживый приговор верховного судьи... Род Корто уничтожен — титула больше нет, глава казнен, земли и финансы отобраны, а единственный наследник, молодой маг Кассиус — смертник в печально известной Белой Крепости. Там, в выжженной солнцем степи, люди ценой своих жизней защищают империю от орд чудовищ. Но... надежда умирает последней, не так ли?
...ещё
До слез. Истории из отделения неотложной помощиЭдвардс Ник
От пациентов с остановкой сердца и пострадавших в ДТП до людей с «синдромом уклонения от ареста» и тех, кто просто не заметил большую красную вывеску над входом в отделение: эта книга в доступной и наглядной форме рассказывает о том, каково трудиться в наши дни на самом сложном участке Национальной службы здравоохранения Великобритании – в отделении неотложной помощи.
Реформы, требования политкорректности и присущая английской культуре любовь к алкоголю и дракам, приводящие к большому количеству пациентов в отделении неотложной помощи, представляют собой серьезное испытание для психики автора книги – доктора Ника Эдвардса. Чтобы не терять оптимизма, он решил начать писать заметки о происходящем – нечто вроде литературной аналитико-катартической терапии, результатом которой и стала эта книга, способная одновременно рассмешить, растрогать и вызвать негодование. Кроме того, она значительно более информативна, чем любой правительственный пресс-релиз.
Присоединяйтесь к доктору Нику Эдвардсу, который поделится с вами радостями и разочарованиями работы в НСЗ. Вас ждет знакомство с его пациентами и коллегами, истории о трагедии и боли, но прежде всего – маленькие победы и комичные ситуации, без которых трудно представить себе обычный день на передовой линии здравоохранения.
...ещё
Не судите. Истории о медицинской этике и врачебной мудростиСокол Дэниел
Когда допустимо фиксировать пациентов? Должны ли врачи всегда говорить пациентам правду? Когда можно отключать системы, поддерживающие жизнь больного? Что делает жизнь достойной? Аудиокнига Дэниела Сокола изменит ваше восприятие медицины, независимо от того, с какой стороны стетоскопа вы находитесь.
Дэниел Сокол открывает слушателям мир этики в обширной сфере медицинской науки, начиная с косметической хирургии и заканчивая эвтаназией. Используя свой опыт в качестве эксперта по медицинской этике и практикующего барристера, а также годы работы в госпиталях, Дэниел освещает этические дилеммы, с которыми сталкивается современная медицина, и ведет нас к глубокому пониманию нравственных аспектов.
Дэниел Сокол живет в Хаммерсмите, Лондон. В 2003 году он получил докторскую степень по этике в Имперском колледже. После нескольких лет работы в университете он стал барристером, специализирующимся на врачебной халатности. Дэниел является колумнистом "British Medical Journal", участвовал в различных комитетах, созданных Министерством обороны, Министерством юстиции и Королевской коллегией хирургов Англии, и имеет множество премий и наград.
...ещёПохожие книги

Барышни и барышиИванов Дмитрий
Нелёгка доля попаданца. Особенно если угодил не в эльфийский лес, не в королевский дворец, в Россию XIX века – в шкуру самого обычного небогатого дворянина. И даже наличие рядом в теле конюха пронырливого армянского таксиста из будущего мало помогает. Зато есть природа, барышни и, возможно, денежные доходы. В голове, конечно… ладно, признаю – пусто. Но коммерческая жилка, к счастью, вернулась!
...ещё
Петербургские женщины XVIII векаЕлена Первушина
Жизнь женщин XVIII века была сложной, противоречивой и насыщенной событиями. Кто, как не свидетели той эпохи, может лучше рассказать о времени и о себе? В этой книге вы найдете множество цитат из мемуаров и литературных произведений XVIII века. Авторы мемуаров иногда противоречат друг другу, по-разному интерпретируя одних и тех же людей и события, и не всегда точно описывают факты. Но именно это придаёт их текстам живость и делает их свидетельствами эпохи, со всеми её тайнами, противоречиями, умолчаниями, а порой и фальсификациями и откровенной ложью. Конечно, эту тему невозможно исчерпать в одной книге. И тот день, когда количество трудов, посвященных истории женщин, сравняется с числом работ о мужчинах, ещё очень далек. Тем не менее, прочитав эту книгу до конца, вы узнаете чуть больше о том, что значило быть женщиной в Петербурге XVIII века.
...ещё
По прозвищу Святой. Книга 3Алексей Евтушенко...ещё
Эксперимент пошёл не так, и он перенёсся в август 1941 года. Вокруг – оккупированная немцами Украина. Враг – рядом. Свои – далеко, за линией фронта. Да и кто ему поверит? Нужно сражаться здесь. Поймать его, обезвредить или убить не так-то просто. Потому что он – советский человек конца двадцать первого века. Сильный, умный, беспощадный и милосердный. А ещё у него есть космический корабль.

Сын помещика 2Никита Семин
Роман освоился уже немного в прошлом и начал потихоньку вносить свои изменения в привычную жизнь поместья и всей семьи. Вот только скоро ему придется столкнуться с бюрократической системой страны в различных ее проявлениях.
...ещё
Неприкаянный. Наперекор старухеКонстантин Калбазов
В этом мире я только гость. Как и в пяти предыдущих. Я, как неприкаянный, брожу по мирам мультивселенной, не воспринимая их родными. И этот мир не исключение. Вот только в какой-то момент мне вдруг захотелось чего-то большего, чем прожить очередную яркую жизнь, наполненную приключениями и адреналином. Изменить историю. Чем не амбициозное желание? Однако старуха не желает уступать и, несмотря на мои незначительные успехи, раз за разом стремится свернуть на проторённый путь. Но я ведь и не надеялся, что будет легко.
...ещё