ТИШИНА
Что остаётся, когда всё вокруг замолкает?
Когда звук выключен, диалоги закрыты, город затих, и остаёшься лишь ты — наедине с собой?
«Тишина» — это не просто книга.
Это путь внутрь себя.
Через шум улиц и паузы в разговорах, через страх высказать свои мысли и ком в горле, через лифт в никуда и запылённое окно воспоминаний.
Это 15 разделов о том, что обычно остаётся между словами.
Эта книга — для тех, кто устал от лишнего шума.
Для тех, кто когда-то потерял себя в ожиданиях других.
Для тех, кто не боится остановиться и услышать… то, что по-настоящему важно.
Здесь нет морали. Нет инструкций.
Только искренность. Паузы. И слова, возникшие из тишины.
Ты не один.
Там, где царит тишина — всегда найдётся кто-то, кто её ощущает.
И, возможно, это — ты.
Книги автора: Никто Николаевич
СмыслыНикто Николаевич
«Смыслы» — это не автобиография. Это отражение.
Здесь — детство без слов, где жирафы становятся вечными. Подростковый бунт в школьной форме. Семья, которую хочется обнять и покинуть. Письма, которые никто не прочитал.
Это книга о боли, одиночестве и попытках разобраться: кто ты, когда всё разрушено? Когда твой развод — в два клика, а год проходит без зеркал.
Это книга о возвращении. К себе. К жизни. К тишине, в которой наконец начинает слышаться сердце.
«Смыслы» — для тех, кто тоже когда-то задавался вопросом: зачем всё это?
...ещё
Пауза. Когда нет ни прошлого, ни будущего – только почти.Никто Николаевич
Это не роман.
И не мотивационная книга.
Здесь не происходит ничего — и именно в этом вся суть.
«Пауза» — третья часть внутренней эпопеи, начатой в книгах «Смыслы» и «Тишина».
Эта книга о том, чего мы обычно опасаемся:
остановки, пустоты, молчания, зависания…
О том, что приходит, когда всё остальное замирает.
Ты не найдёшь здесь ответов.
Но, возможно, откроешь пространство, в котором наконец услышишь себя.
Читай её неспешно.
Или просто пролистывай между вдохами.
Некоторые книги не требуют прочтения.
Они требуют проживания.
...ещё
НИЧТО – о пустоте как формеНикто Николаевич
Это не роман.
И не сборник.
Это — письмо без адресата, которое всё же находит тебя. «Ничто» — книга, которая не стремится быть книгой.
В ней отсутствуют события, но присутствует тишина.
Нет героев, но ощущается присутствие.
Нет неожиданных поворотов, но есть исчезновение. Каждая глава — как вдох между словами.
Каждая строка — как взгляд, от которого невозможно укрыться.
Ты не узнаешь здесь, как жить.
Но, возможно, вспомнишь, как быть. Это не конец.
Это не старт.
Это — одна из пяти попыток не существовать.
«Ничто» — книга из серии «Пять попыток не быть», где слово постепенно затихает,
а вместе с ним — и всё, что ты привык называть собой.
Если ты способен слышать тишину — ты уже открыл первую страницу.
...ещё
Инструкция к себеНикто Николаевич
Что, если ты — ошибка?
Черновик?
Заметка на полях чужого сценария?
«Инструкция к себе» — это не руководство. Это шёпот. Стон. Пауза между мыслями. Эта книга не даст советов о том, как правильно жить, но протянет руку в тот момент, когда ты не знаешь, как вообще продолжать.
Ты держишь в руках последнюю книгу из серии «Пять попыток не быть». Пятую и, возможно, самую тихую. Она не требует — лишь предлагает. Не наставляет — просто смотрит в глаза. Это медитативный роман-притча, написанный на грани боли и света, где каждый раздел — это шаг к себе. Или к тому, кем ты никогда не решался стать.
Здесь нет окончательных ответов.
Но есть ты.
Настоящий. Сломанный. Целый.
Таким, каким ты остался
после всего.
Если ты всё ещё ищешь
инструкцию,
чтобы понять, как быть собой,
эта книга —
не даст её.
Но если ты ищешь того,
кто просто будет рядом,
пока ты ищешь,
она может стать самым важным текстом,
который нельзя процитировать,
но можно прожить.
...ещё
Академия незабытогоНикто Николаевич
Первая книга пятикнижия «Пять попыток остаться»
В этой Академии отсутствуют звонки, но присутствует тишина, которую можно пропустить.
Нет расписаний — уроки приходят сами собой.
Ошибки не караются — они становятся возможностями.
Лив — одна из тех, кто пробудился внутри. Без прошлого. Без цели.
Только с тетрадью, в которой кто-то уже начал писать от её имени.
Чтобы продвинуться дальше, ей нужно забыть всё, что она знала о знании.
Пройти через Башню, которой не существует,
ответить на Вопрос, который никто не задавал,
и исчезнуть — чтобы остаться.
Это не рассказ о школе.
Это книга о памяти, которая помогает тебе быть собой, даже если ты уже не понимаешь, кто ты.
Добро пожаловать в Академию.
Ты здесь не случайно.
И — не в первый раз.
...ещёКниги чтеца
НЕ ТВОЯ ИГРАМила Шелест
Она не искала любви. Он в неё не верил.
Соня Морозова — художница, которая давно перестала рисовать для себя. Алексей Волков — успешный предприниматель, уставший от игр и фальши. Их пути пересекаются случайно, но то, что между ними возникает, нельзя назвать простым влечением.
Он предлагает ей работу. Она соглашается, даже не подозревая, что этот выбор изменит всё. Быть рядом с ним — значит рисковать своим сердцем. А он давно решил, что его сердце больше не доступно для продажи.
Но прошлое возвращается в самый неподходящий момент. Теперь им предстоит сделать выбор: укрыться за старыми масками или рискнуть и сыграть по-настоящему, даже если эта игра не их.
Современный роман о доверии, уязвимости и любви, которая приходит в самый неожиданный момент.
...ещё
Холокост. Были и небылиАндрей Буровский
Свобода слова на Западе всегда воспринималась как нечто вроде дешевых стеклянных бус, которые можно обменивать на несметные богатства у наивных дикарей-аборигенов, но которые не будут носиться в собственном доме. Запад громко говорит о «свободе прессы» и навязывает ее другим, при этом безжалостно преследуя своих инакомыслящих. Так, в большинстве европейских стран введены уголовные наказания за «отрицание Холокоста»! Любому, кто посмеет усомниться в том, что гитлеровцы уничтожили 6 миллионов евреев, грозит тюремный срок. Тот, кто попытается заявить, что «Циклон-Б» на самом деле является инсектицидом и не подходит для массового убийства, что газовые камеры в Освенциме были построены уже после войны и просто не герметичны, а в имеющихся крематориях физически невозможно было сжечь столько тел, – окажется за решеткой. Вопрос: чем эта новая инквизиция отличается от советской цензуры, которой так возмущалась «либеральная» Европа? Почему нельзя сажать людей за отрицание коммунизма, а за «отрицание Холокоста» можно и нужно?.. К счастью, в России, в отличие от Запада, все еще существует настоящая свобода слова, и мы можем издавать не только историков, поддерживающих официальную версию Холокоста, но и тех, кто сомневается и не согласен. Доказательством этого служит данная книга. Издано в авторской редакции.
...ещёПохожие книги
АмундсенЭлис Манро
Молодая учительница Вивьен Хайд оставляет Торонто и приезжает работать в школу при санатории, расположенном в холодном и уединенном местечке под названием Амундсен. Она сталкивается с суровой реальностью жизни и смерти среди пациентов, а также знакомится с властным и циничным главным врачом, доктором Фоксом.
...ещё
Первая ледиСьюзен Филлипс
Кто такая первая леди? Это ли женщина, обладающая влиянием? Или та, за которой с интересом наблюдают миллионы людей? Возможно, это просто человек, ищущий любви и счастья. Кто сможет заполонить ее сердце страстью? Только самый добрый, сильный и чуткий мужчина, который сумеет понять ее тонкую, ранимую и открытую для любви душу.
...ещё
По касательнойСтефан Грабинский
Пережив серьезное заболевание головного мозга, Вжецкий начинает проявлять склонность к созданию сложных философско-мистических теорий и концепций. Одной из таких становится идея «касательных» — линий, соединяющих определенные точки жизненных путей, которые представляют собой траектории движения человека в пространстве и времени. Вжецкий неустанно ищет доказательства своей теории касательных. Однажды цепь случайных и незначительных событий, истолкованная им как фатальная логика, приводит Вжецкого к трагическому завершению.
...ещё
Пятый постулатМария Метлицкая
История показывает, как героиня трансформируется, принимая свое прошлое и достигая внутреннего спокойствия.
...ещё
Джордж Венн и привидениеАртур Дойль
Группа друзей встретилась вечером у Джорджа Венна в холодный зимний день и начала обсуждать призраков.
...ещё
Белая хризантемаМэри Брахт
В 1943 году на корейском острове Чеджу шестнадцатилетняя Хана, никогда не покидавшая свой дом, живет под японским контролем. Она принадлежит к роду хэнё, морских ныряльщиц. Ее младшая сестра мечтает стать одной из них. Сестры счастливо живут у океана, но судьба разлучает их, отправляя Хану в далекие края, где ей предстоят тяжелые испытания. Хана, как и все женщины моря, обладает силой и стойкостью, и не теряет надежды когда-нибудь вернуться домой.
В 2011 году в Южной Корее Эми, более шестидесяти лет пытавшаяся забыть события детства, понимает, что, чтобы обрести покой, ей нужно встретиться с прошлым и вспомнить все, что произошло. Возможно, ей удастся найти сестру.
«Белая хризантема» — это эмоциональная история о двух сестрах, которых война разлучила, но их любовь оказывается сильнее, чем все преграды.
...ещё