Кирилл Потёмкин

Они думали, что это вторжение. Они ошиблись. Это зачистка. Туман накрыл горизонт. Мёртвые встают, чтобы лгать живым. Сломанный убийца с ИИ-симбиотом в голове шагает навстречу смерти. Безумный генерал готовит армию обречённых. А где-то в глубине заражённой зоны, среди руин реальности, просыпается то, что страшнее любых пришельцев. Добро пожаловать в Эпоху Плача. Здесь не выживают. Здесь меняются.

Командир экипажа, Сергей Дмитриев, очнулся после «Обнуления» в герметичном модуле, которого не должно существовать. Он не помнит своего прошлого, но смутно помнит приговор: человечество признано «дефектным алгоритмом». Его тюремщики, сущности высшего порядка +Анги, начинают Суд. Задача Сергея — доказать, что в хаосе человеческих пороков есть смысл, иначе Землю ждёт... Что-то очень страшное... Аннигиляция? В то же время на Земле, в зоне, пожираемой мистическим Туманом, рождается Исполнитель приговора. Сломленный человек с позывным «Палач», невольный исполнитель приговора, должен добраться до цели и активировать механизм конца света. Но в уравнение вмешивается третья сила и превращает тщательно спланированную казнь в войну логики против воли и человеческой иррациональности. Что победит: холодный расчёт «демонов» или неучтённый фактор — человеческая надежда? «Суд нечеловеческий» — это хроника последнего выбора, где спасение может оказаться страшнее гибели.

Серое, напоминающее пузырчато-губчатое, тело выглядит как маленький, недоразвитый ящер из мезозойской эры. На изогнутой спине существа причудливо сложены крылья, напоминающие лохмотья выцветшего армейского брезента с грязными пятнами. Оно стоит, пригнувшись к асфальту, на четырёх конечностях, действительно трёхпалых. Вытянутая морда, схожая с лицом подстриженной на лысо женщины, с неестественно выступающей гипертрофированной челюстью, обращена к нам. Короткие стреловидные уши шевелятся по бокам покатого лба, переходящего в «костяной плавник» хребта, с вертикальными складками. Её глаза, огромные и завораживающие, как два бездонных черных колодца, отражают и впитывают наши лица. В этих глазах легко раствориться, потерять себя, забыть страх...

Я смотрю на его лицо и не могу отвести взгляд. Лицо этого молодого человека начинает стремительно меняться, стареть и сморщиваться. Его мертвые глаза белеют и вылезают желеобразными зеленоватыми амёбами из темных глазниц. Из открывшихся глазных провалов продолжает вытекать серая студенистая субстанция. Жизненный цикл танатомикробиома этого организма занимает не месяцы, а секунды! Под одеждой его тело шевелится, красная материя пуховика движется! На мгновение кажется, что труп пытается встать, он дёргает руками и затихает... Мне становится плохо. Я не в состоянии отвести взгляд. Я бессилен что-либо сделать.