Вивиан Фокс

– Отойди от меня! Мне трудно дышать! – Оу, я заставляю тебя задыхаться? – игриво бормочет Исаков. – Да! Твоя туалетная вода ужасно пахнет, ясно?! – Ты нервничаешь, Няшка, – говорит он, используя прозвище, которое меня бесит так же, как и Кудрявую. – Нервничаешь так, что тебя аж трясет. Смотри, у тебя руки в мурашках. – Что тебе нужно?! Чего ты хочешь?! – Тебя. Он бесит меня до предела! В прошлом году из-за его больной игры, в которую играют он и его друзья, я сломала ногу. Потому что Захар Исаков выбрал меня своей жертвой. Я надеялась, что он уже забыл обо мне, но и в этом году он не успокоится, пока не добьется того, к чему так стремится.

– Чего ты хочешь? – вскрикиваю нервно, глядя на мажора. – Разве это не очевидно, котенок? Я хочу играть. – И во что ты собираешься играть? – В тебя. Безжалостный. Циничный. Холодный. Лев Плахов привык манипулировать человеческими судьбами. На этот раз он выбрал меня в качестве жертвы своих беспощадных игр. И мне не сбежать…

Марк Келлер… Меня заранее предостерегали о нем. Да и сама я понимала, что лучше не связываться. Но он был настойчив, а я слишком быстро влюбилась. Когда сбылись все предупреждения, было уже поздно. Ася Потапова… Она должна была быть лишь временным увлечением. Но я влюбился по уши. Пока не узнал, как жестоко она меня предала. Теперь она должна заплатить за свои действия. Беги, детка…

– Я предлагаю тебе провести со мной ночь. Плачу наличными и сразу. – Мужчина выкладывает на стол внушительную пачку крупных купюр, а мои глаза становятся просто огромными. – Я не… – бормочу и качаю головой. – Я здесь не для этого. Я не хочу. Как бы сильно этот красивый, элегантный мужчина ни интриговал, я не стану дарить ему свою невинность. Я ведь берегу ее для любимого!– Ты не так поняла, милая, – кривовато усмехается он. – Это не предложение. Мне не отказывают.

- Я сделаю так, что лучший друг брата будет без ума от меня. А я буду получать от этого удовольствие. И все ради того, чтобы потом его отвергнуть. Пусть глотает свою горькую пилюлю. - Ой, Дашка, только не влюбись еще сильнее по пути, - качает головой подруга. - Я как раз собираюсь выбросить его из своей головы, - говорю уверенно. Если бы я знала, во что ввязываюсь, то восприняла бы советы подруги более серьезно. Но в эту минуту я решительно настроена наказать Ярослава Тополева за то, что он игнорирует меня и продолжает относиться, как к ребенку.

– Мой жених поставил мне условие для женитьбы. Он заявил, что не женится на девственнице. – Что? – удивленно восклицаю, не веря словам своей лучшей подруги. – Он сказал, что я должна… как бы… избавиться от этой проблемы. Поможешь мне? Я понимал, что лишать невинности подругу – это плохая затея. Я ощущал это. Уверенность, что это приведет к плохим последствиям для нас обоих, не покидала меня. И, прежде всего, это отразится на наших отношениях. Но мысли о том, что кто-то другой коснется ее, были еще более мучительными. В итоге я согласился ей помочь. Я надеялся, что мы ограничимся всего лишь одним разом. Но теперь между нами возникло притяжение, как между магнитами. Однако у нее есть жених, и они не собираются разрывать помолвку. И что нам теперь делать с нашими чувствами?

– Ты мерзавец, – шипит Ян, находясь всего в паре сантиметров от моего лица. Его верхняя губа дергается в агрессивной гримасе. – Отравляешь всё своим присутствием. – Ненавижу тебя, – шепчу в ответ. – Я вытравлю тебя из этого дома, – угрожает он. Мы оба в ярости. Оба ненавидим. И всё ещё любим. Наши родители не догадываются, что мы были теми, кто подарил друг другу первую любовь и теми, кто впервые разбил сердца. Ян не остановится на мести. Он втянет меня в болезненную игру мажоров, после которой я уже не буду прежней. Как и после новой встречи с ним. Но раз уж он назвал меня мерзавцем, я проберусь к нему под кожу, просочусь в его вены ядом и выжгу там всё дотла.

– Вот ты и попалась, – с хитроумной улыбкой говорит отец моей подруги. – Отпустите! Что вы собираетесь делать? – восклицаю, пытаясь отбиться. – У нас был уговор, Саша. Если я увижу тебя второй раз – сделаю все, что захочу. Так что не сопротивляйся. – Но вы же отец моей подруги! – Именно поэтому ты окажешься в моей постели, а вашей дружбе придет конец! Моей дочери такие подруги не нужны. И теперь, как я и обещал, ты станешь моей игрушкой.

- Чего ты хочешь? - восклицаю я нервно, смотря на мажора. - Разве это не ясно, котенок? Я хочу играть. - И во что ты собираешься играть? - В тебя. Безжалостный. Циничный. Холодный. Лев Плахов привык манипулировать человеческими судьбами. На этот раз он выбрал меня в качестве объекта своих жестоких игр. И мне не уйти…