Хокинс нехорошо скалится.
— А ведь связи действительно нет, багги-то без рации! Ох, какую мы им сейчас встречу организуем, клянусь святым Дунстаном!.. Сара, полицейский разворот и полным ходом обратно, заходи с солнечной стороны!..
…«Встреча» протекает, можно сказать, скучно и рутинно: один выстрел из безоткатки, от которого все мы дружно глохнем, а восьмиколесный неопознаваемый (даже до этого выстрела) грузовик, этакий гибрид лесовоза с эвакуатором, превращается в кучу горящего железа. Фред, укрепив сошки дегтяревского ручника где-то на той же турели, дает три длинные очереди по разбегающимся личностям, я в азарте добавляю — с рук из «фала» да с подпрыгивающего багги точность не лучшая, но мне уже все равно, полосую длинными, на весь магазин, три отстрелял, на четвертом оружие клинит, роняю «фал», хватаюсь за «эм-четыре», навскидку высаживаю полный рожок еще из нее… и все, целей больше не видно.
Дискотека закончена.
В потерях: обе наши тачки, которые уже ни одна автомастерская не восстановит, и большая часть багажа. Кое-что из обломков вытащили, скажем, байк — рама погнута и изрядно поцарапана, но такое ремонту поддается. И моя оружейная коллекция цела, спасибо стальному ящику, сейф не сейф, а от огня укрыл оба баула со стволами, запасными магазинами и боеприпасом. Так что личный арсенал живой и невредимый. А вот почти все вещи и, скажем, радиотехника в хлам. Погиб мой верный ноут «делл», половина периферии и большая часть дисков, зато кирпич-тафбук остался цел, оправдав рекламный титул «устойчивого к агрессивной среде». Хорошо, что я вчера на подворье у Гвидо все данные на него перекинул копией, на всякий пожарный случай — ну вот «пожарный» и получился, да уж… И солнечная панель жива, самая, пожалуй, ценная штучка из оборудования после тафбука, очень уж редкая — ни разу в здешних компьютерных лавочках не встречал, предыдущий хозяин ее скорее всего специально по каталогу из-за ленточки заказывал, ко мне она по наследству перешла, но это история отдельная…
В приобретениях: обшарпанный боевой багги и многажды простреленный, но как ни странно, реанимированный Фредом за сорок минут ржаво-синий «хайлюкс», причем у него внутри даже рация уцелела, Ястреб глянул, сказал — старая русская «ар-один-два-три-эм», что для меня, прямо скажем, китайская грамота. Отсутствие фар, стекол, зеркал и водительской двери на ходовых качествах машины не сказывается, честные тридцать верст по целине она вполне способна дать и сейчас, и тонну груза в кузове тоже потянет.
Тонну не тонну, но остатки наших шмоток и кучу трофейного железа мы в пикап и загружаем; рассортировывать добычу времени нет, собрали все, что под руку попалось. А два десятка тел «бойцов» и «обозников» обоего пола остаются без погребения на месте «дискотеки». Идекарт при них, разумеется, не оказалось — в данном отношении банда попалась грамотная, — однако это уже не наши трудности. Найденные кошельки также практически пусты, на всю гопу — меньше тысячи монет, вернее, пластиковых «игральных карт»; сумму эту мы сразу, как положено, делим на пять частей, две боссу-Хокинсу и нам по одной.
И главная добытая ценность — подстреленный, но живой «обозник», на которого Ястреб извел все, что было в личной аптечке. Сказал, должен выжить. Сдадим итальянцам под расписку, пускай сами допрашивают и потом подчищают все хвосты. Ближайший город — тот самый Рим, куда мы и едем; Хокинс с удовольствием сбросил бы пленника в представительство Патрульных сил, чтобы вопрос вообще остался внутриорденским, однако ближайшее такое — в Кадизе, дотуда мы его живьем рискуем не довезти, а операцию завершить нужно.
Ну а что часть славы достанется карабинерам, так не ради нее работали, в конце концов. Лишь бы не спеклись и накрыли все, что наша «дискотека» оставила от этой банды. Впрочем, должен же и среди итальянцев найтись какой-нибудь комиссар Каттани, который умеет доводить дело до конца…
На ночевку становимся часика через полтора «в чистом поле»; ручьев мы на Мраморном нагорье не пересекали, а искать хоть какой-нибудь родник на незнакомой территории, учитывая обстоятельства, желания нет, так что все гигиенические процедуры, а они нам явно необходимы, придется отложить до завтра. Допиваем, что осталось во фляжках, и на боковую. Сара устала вусмерть, однако заснуть не может, перенервничала. Кое-как убаюкиваю ее, прижимая к себе. Отдыхай, любимая, худшее позади.
Столица итальянской территории, городок Рома, а по-нашему «Рим», расположена чуть в стороне от Миланской трассы, посреди живописных зеленых холмов, и население имеет, если прикинуть по видимому размеру периметра, персон этак с тысячу. Я так понимаю, мигрантов-основателей настолько достал родной многомиллионный мегаполис, что они решили в новой столице весь размах послать куда подальше и оставить сугубо деловой центр и минимально необходимые для его обслуживания структуры. Примерно так во время оно поступили, если мне не изменяет склероз, в Австралии, отнюдь не отягощенной историческими традициями…
На римском КПП наши айдишки перепроверяют трижды и пропускают только под личное поручительство первого лейтенанта[76] Рассела Такера, начальника охраны орденского представительства, которого аборигены худо-бедно знают и который, в свою очередь, шапочно знаком с Фредом и сумел опознать его поцарапанную морду. Очень уж подозрительной выглядит наша группа «словно прямо из боя» — ну да, из боя, без всяких «словно», только и успели, что утром уже на подходах к Риму умыться в ручье. Пленника у Хокинса принимают и отправляют в лазарет, выслушивают краткий рассказ, говорят — да-да, конечно, займемся обязательно, спасибо, что сообщили, — однако очень вежливо просят пока пределы города не покидать, ибо.
Ибо так ибо, будем сотрудничать с местными властями, для этого с раненым и возились. Совершаем налет на магазинчик готового платья — сменных шмоток у нас четверых не осталось вообще никаких, а полевка после боя нуждается в полном сервисе, включая штопку; занимаем опять же при содействии Такера в главной римской гостинице «Палаццо Санто-Пьетро», что в переводе значит «дворец св. Петра», два двухместных нумера, и отмокаем в ванне (мы с Сарой — вместе, а как обходятся патрульные, их личные трудности). Далее отправляемся на завтрак, совмещенный со вторым завтраком: поужинать-то вчера толком так и не удалось, нечем было, на четверых энергетический батончик из кармана Фреда и плитка шоколада из бардачка «хайлюкса» как-то маловато; и после солидной порции яичницы с лазаньей, колбасками и зеленью, уже в сытом и почти рабочем настроении составляем планы на ближайшее будущее.
— Мы пока в представительство, бандиты бандитами, а основного дела никто не отменял, — сообщаю я.
— Думаю, появление на рабочем месте в китайских джинсах и футболке вместо униформы нам ради такого случая простят, — слабо улыбается любимая.
— Простят, уж я позабочусь, — ухмыляется Такер. — Со мной и голышом простят, только после всем офисом будут долго интересоваться, где это у нас в округе появился нудистский курорт…