Наблюдая с высокой башни за происходящим, король лишь ухмылялся и потирал приобретенный безобразный шрам на своем лице. Во время последней драки с огненной королевой левая щека и часть шеи Валериана сильно пострадали. До омерзения ужасный ожог теперь украшал его лицо и чувство неприязни к шрамам Элизы, которое он так плохо скрывал, теперь король ощущал на себе.
— Все складывается как нельзя лучше. Я на вершине, отец. Смотри на меня и гордись своим сыном. Я достоин. — Говорил Валериан в пустоту.
Даже убив королеву и почти завладев Ардентом, Валериан не мог почувствовать облегчение от выполненного долга перед отцом, который он сам же себе и поставил. Ему было мало. Хотелось большего признания и еще большей власти. Переросшее в одержимость желание начинало съедать его изнутри, затрагивая всех, кто находился рядом.
Глава 10
— Вот же, Единый! — Прокричала я на всю кухню, когда чан с напитком обжег мои ладони и полетел на пол. Потеряв большую часть своей силы, я стала уязвима и больше не могла касаться огня и горячих вещей. Но как же сложно было к этому привыкнуть.
Время. Нужно время. Твердил Хэйвуд, но что мне его время, если я по-прежнему чувствовала себя опустошенной и слабой. Без силы. Без имени и титула. Кто я? Почему всегда приходится искать какие-то ответы?
Тетушка Марша тут же подбежала на мой крик.
— Деточка, ну как же так. Дай посмотрю ладони, не дай Боги Великие ожог. — Милая дамочка принялась рассматривать и обдувать мои ладони, пока я сидела в луже из напитка и смотрела в ее серые глаза.
«Она владеет воздухом?» — Тут же подумала я, но прервала мысль. В Оганесе все иначе, и цвет глаз практически не влияет на магию. Было сложно привыкнуть в первые дни, но сейчас с каждой минутой эти люди вызывают во мне все больше восхищения и радости, чем страха. Они добрые, открытые. Живые, я бы сказала. Ардентцам не хватает присущей темному народу легкости. Однако Эван Оганесский не был таким же добродушным и открытым, он излучал лишь тьму, огромную и всепоглощающую, которая с легкостью может поглотить меня в любую секунду.
— Все в порядке, Марша. Честно. — Я отдернула свои руки и, поднявшись с пола, последовала на поиски тряпки или чего-нибудь пригодного для уборки. Отыскав в кладовой старую заплесневелую ткань, поняла, что лучше уже не найду, и стала собирать разлитое пойло в глиняный небольшой чан.
Спустя пятнадцать минут моих мучений с тряпкой графин был наполовину полным, руки липкими, платье грязным, а пол в разводах.
«Что же, я могла обойтись большими потерями, получив ожог.» — И, улыбнувшись легкой мысли, проследовала мыть испускающую неприятный запах тряпку.
— Бюджет что ли у них маленький, раз экономят на инвентаре? — Продолжала я тихо причитать под нос, пока повара хлопотали позади меня. Марша, как обычно, своим командным голосом раздавала указы.
— Еще в печь! Тоньше лимоны! Это что, корм для коней? — Каждый успел получить замечание, кроме меня. Возможно, быть представленной как внучка Архимага сыграло для меня только на пользу, и благодаря этому я получала некоторые снисхождения. Например, вчера мне удалось полностью спалить королевский ужин, совершенно случайно, но добрая тетушка Марша взяла всю ответственность на себя и получила строгий взгляд Михаила, который, по всей видимости, был не просто королевским другом, а первым советником.
— Стоп. — Оглядев внимательно комнату, я устремила взгляд на стол, где оставляла кувшин с испорченным напитком.
«Ох, Единый, похоже я опять попала в переделку.» — Тут же закралась мысль.
— Стой, стой! — Прокричала я одному и служащих кухни, паренек остановился, явно недовольный тем, что я отвлекаю его от работы. — Кувшин, — стала размахивать руками и обрисовывать в воздухе внешний вид кувшина, — стоял на этом столе. Где он? — Пару секунд подумав, он наконец ответил.
— Газ, отнес его в столовую. Это королевский напиток. Если хочешь попробовать, надо было раньше. — И, развернувшись на пятках, парень ушел в другой конец кухни.
«В столовой!» — Паника начала брать надо мной верх, не хотелось подставлять вновь Маршу и самой не хотелось попадать в неприятности, ведь Хэйвуд поручился за меня.
Найдя Маршу и обрисовав ей вкратце, но очень красочно всю ситуацию, мы вдвоем побежали в столовую. Благо бежать долго не пришлось. Ворвавшись без стука и приглашения в зал, я увидела самую страшную картину. Эван Оганеский сделал глоток из своего хрустального бокала. Теперь точно несдобровать.