Растрёпка

От автора: Этот рассказ существует сам по себе, но также служит предысторией для серии рассказов "Долг платежом". Женщина сидела на спиленном дереве, зажав между коленями озябшие руки, и с трудом старалась не упасть. Она была еще молода, ей не исполнилось и тридцати, но постоянное пьянство состарило ее лицо, тело и душу. Бледная, с жирными темными волосами, она невидящим взглядом смотрела перед собой. Губы ее быстро синели. Сзади подошла уродливая баба с искривленным носом, чей возраст варьировался от шестидесяти до бесконечности...

В тот раз Бобров поехал на дачу на электричке: жене срочно понадобилась машина, и это было не подлежало обсуждению, а служебный УАЗ прозябал в автосервисе. Купив билет и миновав толпу гастарбайтеров, он оказался на перроне. До отправления поезда оставалось около получаса, которые он решил провести с пользой: приобрёл в ларьке что-то поесть (на ценнике было написано «шаверма»), взял довольно «желтую» газету с кричащими заголовками на первой странице и устроился на скамейке подальше от толпы...

1916 год. Отставной военный прибывает в удаленное село по просьбе своего друга, местного врача. В селе происходят ужасные события: вдовам солдат Первой мировой войны по ночам являются их мужья. Спустя некоторое время женщины начинают беременеть, но ни один ребенок не появляется на свет - незадолго до родов вдовы умирают без видимых причин. Местный священник говорит о поклонении демонам, а на кладбище по ночам слышен детский плач.

Водитель автобуса остановил транспорт, подъезжая к остановке. Женя устало поднялась с места и встала у задней двери, держась за поручень. Холодный сквозняк ворвался через открытую форточку. Это не весна, а сплошное недоразумение. Сквозь запачканные стекла просматривался квартал – однообразные восьмиэтажные дома, такие же серые и угрюмые, как этот апрель. За свои двадцать два года Женя так и не смогла привыкнуть к этому пейзажу – более того, он всё больше её раздражал. В последние дни ей просто не хотелось возвращаться домой. Ей было страшно.

Каждый уважающий себя посёлок в глуши обязан иметь страшную суеверную историю о том, что здесь происходило в древности. Так и Теща имела такую историю о презираемой всеми вдове, которая жила, словно ведьма, на лесной поляне. Не слишком веря в это, мы всё же решили отправиться на поиски этого места и были очень удивлены, обнаружив её дом в целости и сохранности.

С Саньком мы дружим с детства. После окончания школы мы вместе служили в ВДВ, а затем начали ездить на охоту. К этому увлечению нас приучил мой дядя Николай Михайлович, который всю свою жизнь работал егерем. Именно к нему мы с Саней в конце лета поехали отдохнуть и поохотиться после дембеля. Сторожка Михалыча располагалась в густом лесу на дальнем кордоне. Он жил там один, как отшельник, с верным псом Бураном, парой коз и курицами. Жена его давно ушла из жизни, а дочери вышли замуж и теперь живут в разных городах. Михалычу чуть за шестьдесят, но он крепкий русский мужик, никогда не жаловался на здоровье и обладал метким глазом. В школьные годы мы с Санькой часто проводили каникулы у него, обучаясь охотничьим премудростям...