Секретики

Постер
Петр Алешковский «Секретики» – пронзительный автофикшн о том, что спрятано внутри нас самих, но что непременно должно быть вскрыто, чтобы жить дальше. Московские дворы и советская школа, подростковые бунты и семейные тайны, джинсы и пластинки “Битлз”… Автор исследует прошлое и “секретики”, положенные до времени под стекло. Это книга о детстве и юности, о взрослении, которое пришлось на 1960 – 1970-ые годы. Автобиографический роман Петра Алешковского смел и нежен, остросюжетен и лиричен. Это бескомпромиссная попытка разобраться с самим собой и временем. Петр Алешковский – прозаик, историк, автор многих книг, в том числе “Крепость” (премия “Русский Букер”), “Рыба”, «Жизнеописание Хорька», “Арлекин”.Читает автор.© Петр Алешковский Запись произведена Аудио Издательством ВИМБО©&℗ ООО «Вимбо», 2020Продюсеры: Вадим Бух, Михаил Литваков

Книги автора: Петр Алешковский

Обложка
Институт сновидений, или Старгород двадцать лет спустяПетр Алешковский
Книга Петра Алешковского «Институт сновидений», изданная в 2009 году издательством «Время», является как продолжением ранее написанного, так и самостоятельным произведением. Вторая часть книги – «Старгород. Голоса из хора» – была создана в 90-х годах в ответ на советскую реальность и как размышление о ушедшей советской эпохе. Первая часть – «Старгород двадцать лет спустя» – публиковалась по одному рассказу в неделю в колонке Алешковского в журнале «Русский репортер». Когда ему предложили стать колумнистом, он оказался в замешательстве, так как прежде никогда не писал колонок. После недолгих раздумий он выбрал темой обскурантизм в науке, отметив, что среди ученых появилось много шарлатанов. Однако вскоре Алешковский осознал, что писать о шарлатанах ему так же неинтересно, как о спорте или политике. В итоге он начал создавать новый «Старгород» – книгу, скорее, о нашем времени. Всё началось с первой колонки, первого рассказа под названием «Перемена сознания», который был опубликован 17 мая 2007 года. С этого момента всё и продолжилось. В 2009 году «Институт сновидений. Старгород двадцать лет спустя» был записан на «Радио России. Культура» в рамках проекта «От автора».
...ещё
Обложка
Институт сновидений. Старгород двадцать лет спустяПетр Алешковский
Сюжеты Алешковского представляют собой истории-оборотни, вечные нарративы человечества, пересказанные с использованием современного языка. При желании можно найти все литературные и мифологические источники — как явные, так и тщательно скрытые автором. Однако, сталкиваясь с реальными событиями из жизни и историческими фактами, старые повествовательные схемы преобразуются и оживают. На первый взгляд, это сборник увлекательных историй, современных сказок, которые нравятся современному читателю. Тем не менее, вскоре в книге становится очевидным тот «второй план», ради которого все и было задумано.
...ещё
Обложка
Рыба. История одной миграцииПетр Алешковский
История русской женщины, оказавшейся в России после череды драматических событий в Средней Азии, противостоящей безжалостному течению жизни и иногда задыхающейся, словно рыба без воздуха понимания и человеческой взаимности… Прозвище Рыба, прикрепившееся к героине, несправедливо и обидно: ни холодной, ни бесчувственной ее никак не назовешь. Вера — медсестра. Она действительно лечит всех, кто в ней нуждается, кто ищет у нее утешения и любви. Ее молитва: «Отче-Бог, помоги им, а мне как хочешь!»
...ещё
Обложка
Жизнеописание ХорькаПетр Алешковский
Родившись в Старгороде, он получил имя в честь своего прадеда по материнской линии - Даниила Ивановича. Его мать работала продавщицей и часто увлекалась алкоголем, из-за чего он не получал от нее должного внимания. Он был замкнутым человеком и не общался с окружающими. Его внешность напоминала маленького зверька, поэтому его прозвали "Хорёк" по фамилии.
...ещё
Обложка
АрлекинПетр Алешковский
Петр Алешковский — писатель и историк, прославившийся своими произведениями "Крепость", "Рыба", "Жизнеописание Хорька" и "Владимир Чигринцев", за которые он был удостоен премии "Русский Букер" в 2016 году. Он завершил обучение на кафедре археологии МГУ и занимался восстановлением памятников Русского Севера. Роман "Арлекин" представляет собой биографию Василия Кирилловича Тредиаковского, поэта и просветителя XVIII века, которого считают забытым гением. Тредиаковский был академиком Санкт-Петербургской академии наук, переводчиком и создателем системы русского стиха, актуальной и по сей день.
...ещё
Обложка
От Москвы...Петр Алешковский
Путешествие – это не просто увлекательное приключение, но и шанс увидеть следы прошлого, которые можно найти в любой точке мира. Автор произведения, известный писатель Петр Алешковский, выступает в роли археолога, который стремится не только понять людей, с которыми сталкивается, но и исследовать свою внутреннюю сущность. Его путевые заметки помогают нам глубже осознать нашу историю и причины нашего существования. В книге рассказывается о путешествиях по Заполярью, горам Армении, острову Сахалин и на поезде Москва-Владивосток.
...ещё

Книги чтеца

Обложка
ДМБ. Годен к строевойСерегин Михаил
Петр Алешковский — прозаик и историк, автор романов «Жизнеописание Хорька», «Арлекин», «Владимир Чигринцев», «Рыба». После окончания кафедры археологии МГУ он несколько лет занимался реставрацией памятников Русского Севера. Главный герой его нового романа «Крепость» — археолог Иван Мальцов, увлеченный своим делом, честный и принципиальный до безрассудства. Он проводит раскопки в старинном русском городке, пишет книгу об истории Золотой Орды и, подобно монгольскому воину из своих снов, бросается на спасение древней Крепости, которая находится под угрозой разрушения со стороны местных нуворишей и столичных чиновников. Средневековые легенды получают новое толкование, а действие развивается стремительно, чтобы завершиться острым и неожиданным финалом. «Петр Алешковский создал роман, который буквально излучает восторг перед природой — временами года, оттенками неба и ветра, дикими гусями, снегопадами, ливнями, а также перед культурой — древними церквями, фресками, артефактами... В то же время это трагический роман — о том, как человек с совестью выталкивается за пределы общества, что приводит к уничтожению культуры, а значит — и жизни». Майя Кучерская
...ещё
Обложка
Институт сновидений. Старгород двадцать лет спустяПетр Алешковский
Сюжеты Алешковского представляют собой истории-оборотни, вечные нарративы человечества, пересказанные с использованием современного языка. При желании можно найти все литературные и мифологические источники — как явные, так и тщательно скрытые автором. Однако, сталкиваясь с реальными событиями из жизни и историческими фактами, старые повествовательные схемы преобразуются и оживают. На первый взгляд, это сборник увлекательных историй, современных сказок, которые нравятся современному читателю. Тем не менее, вскоре в книге становится очевидным тот «второй план», ради которого все и было задумано.
...ещё

Похожие книги

Обложка
АмундсенЭлис Манро
Молодая учительница Вивьен Хайд оставляет Торонто и приезжает работать в школу при санатории, расположенном в холодном и уединенном местечке под названием Амундсен. Она сталкивается с суровой реальностью жизни и смерти среди пациентов, а также знакомится с властным и циничным главным врачом, доктором Фоксом.
...ещё
Обложка
КитаёзаДжек Лондон
Французы проявили удивительную неразумность. В ходе расследования убийства Чун Га они задержали пятерых человек, которые оказались ни в чем не виноваты. Так как они не совершали преступления, им не угрожает суд.
...ещё
Обложка
Сайлес МарнерДжордж Элиот
Сайлас Марнер, мастер ткачества и ранее уважаемый член религиозного сообщества, столкнулся с предательством, несправедливостью и потерей всего, что он заработал за многие годы. Когда казалось, что ничего не сможет вернуть ему доверие к жизни и людям, накануне Рождества на его пороге оказывается маленькая сирота. Это событие пробуждает его душу.
...ещё
Обложка
По касательнойСтефан Грабинский
Пережив серьезное заболевание головного мозга, Вжецкий начинает проявлять склонность к созданию сложных философско-мистических теорий и концепций. Одной из таких становится идея «касательных» — линий, соединяющих определенные точки жизненных путей, которые представляют собой траектории движения человека в пространстве и времени. Вжецкий неустанно ищет доказательства своей теории касательных. Однажды цепь случайных и незначительных событий, истолкованная им как фатальная логика, приводит Вжецкого к трагическому завершению.
...ещё
Обложка
Почти идеальная жизньЛорен К. Дентон
Многие семьи выглядят счастливыми на первый взгляд, но что скрывается за их историей? Представьте себе жизнь, в которой вы счастливы с супругом, у вас двое детей, красивый дом и любимая работа — все признаки идеальной семьи. Именно такой была жизнь Эди и Мака. Однако появление беременной девушки на их пороге может в одночасье всё изменить. Впервые под угрозой оказываются их образы как родителей, репутация уважаемых членов общества и сам фундамент их брака. Столкнувшись с кризисом как в личной, так и в профессиональной жизни, они вынуждены переосмыслить давние решения и определить новые цели для будущего. Смогут ли Эди и Мак преодолеть последствия событий того далекого лета? Это сложная и захватывающая история о неожиданных поворотах судьбы и кардинальных изменениях, которые могут произойти в одно мгновение, а также о том, как решения из прошлого влияют на будущее.
...ещё
Обложка
Признания Ната ТернераУильям Стайрон
Выпущенная в 1967 году, эта книга стала одной из самых противоречивых в XX веке и принесла Уильяму Стайрону Пулитцеровскую премию. В своем произведении автор предлагает неожиданное, но убедительное объяснение событий 1831 года. Тогда США потряс бунт рабов под предводительством раба-проповедника Ната Тёрнера, который отличался невероятной жестокостью: восставшие без разбора убивали белых, включая женщин и детей. Подавление восстания также сопровождалось жестокостью — каратели пытали и казнили независимо от вины. Но что на самом деле двигало этим странным восстанием, участники которого видели в своем лидере боговдохновенного святого? Кто был Нат Тернер на самом деле? Как он жил, кого любил, что ненавидел и к чему стремился, поднимая людей на безнадежное дело?
...ещё