О падении трудовой морали

Генрих Бёлль стал третьим немецким писателем, удостоенным нобелевской премии, после Германа Гессе и Нелли Закс. Этот рассказ написан в характерной для Бёлля «антифашистской» манере. Интересный факт — произведения Бёлля пользовались большой популярностью в СССР (издавались в больших тиражах, чем в Германии), и он многократно посещал Союз, при этом нелегально вывозя рукописи Солженицына. Когда этот факт стал известен, работы Бёлля были под запретом.

Перед вами одна из первых работ Генриха Бёлля и одновременно одна из последних его публикаций, выпущенных при жизни. Судьба этого произведения сложилась парадоксально. Написанная осенью 1947 года и завершенная весной 1948 года, повесть «Завет» была рассылаема в несколько издательств, которых в бедной, но освобожденной Германии оказалось удивительно много. Однако через пару месяцев почти все эти издательства внезапно обанкротились. Рукопись куда-то пропала, а ее автор уже начал работать над другой книгой… В начале восьмидесятых годов младший сын Бёлля с группой друзей-энтузиастов основал небольшое альтернативное издательство «Ламуф», куда писатель передал свою забытое произведение, которое наконец было опубликовано. Лейтмотивом почти всех рецензий стало удивление: критики не могли понять, как возможно было держать такую работу в тайне в течение тридцати пяти лет.

Трагикомическая история о том, как в одной семье волшебный праздник стал обыденностью, а радость превратилась в строгий семейный долг.

Каждое утро я ощущаю раздвоение личности, когда мой водитель спрашивает меня, как мы поедем: налево по Гумбольдштрассе или направо по Вильгельмштрассе. Роман «Женщины у берега Рейна» вышел в свет через четыре недели после кончины автора. В этом произведении, как и в последних значительных прозаических работах Генриха Бёлля, проявляется его способность видеть в личных судьбах отражение судеб целой эпохи, его «репортажный» стиль и безупречная точность в характеристиках раскрываются в яркой, почти классической, полноте.

Знакомы ли вам такие глухие углы, где, непонятно почему, появилась железнодорожная станция, где над несколькими грязными домишками и полуразрушенной фабрикой словно застыла великая бесконечность, а поля вокруг кажутся обреченными на вечное бесплодие, где внезапно ощущаешь какую-то безысходность…