Полное собрание стихотворений

Постер
И.Ф. Анненский (1855-1909) – один из несомненных классиков серебряного века русской литературы. Его лирика предвосхитила многие новаторские поиски в развитии русской поэзии XX века и оказала значительное влияние на творчество ряда поэтов. Своим учителем Анненского считали Николая Гумилева, Осипа Мандельштама, Анну Ахматову, Бориса Пастернака и Георгия Иванова. Литературное наследие Иннокентия Анненского небольшое: книги стихов «Тихие песни», «Кипарисовый ларец», несколько стихотворений, не вошедших в сборники, две книги статей: «Книги отражений» и «Вторая книга отражений», четыре трагедии, переводы и статьи. Тем не менее, качество творчества поэта относится к вершинам русской литературы.

Книги автора: Иннокентий Анненский

Обложка
Поэзия Серебряного векаБорис Пастернак
Анненский Иннокентий Федорович (1855-1909) – русский поэт, критик и драматург. Поэтический мир Анненского является зыбким и размытым; в нем томится и тоскует усталая душа, не находя убежища в реальности. Высокие переживания – глубокие и парадоксально-изысканные страдания, уклонение от счастья, мечты и «светлые мгновения» – не предоставляют опоры бытию: они также призрачны и бесследны; их угасание и миражность – неизменный «атрибут» поэзии Анненского (Л.М.Шемелева). Блок Александр Александрович (1880-1921) – русский поэт, который начинал в духе символизма. Лирика Блока, близкая по своей «стихийности» к музыке, формировалась под влиянием романса. Через осмысление «страшного мира» и осознание трагедии современного человека он пришел к идее неизбежности «возмездия» (М.Магомедова). Ходасевич Владислав Фелицианович (1886-1939) – русский поэт, критик и мемуарист. В его стихах сочетаются традиции русской классической поэзии и мироощущение человека XX века – трагический конфликт свободной человеческой души с враждебным ей миром. Творчески воспитанный в атмосфере символизма, но вошедший в литературу на его закате, Ходасевич, «выйдя из символизма, ни к чему и ни к кому не примкнул, остался навек одиноким» (Л.М.Щемелева). Мандельштам Осип Эмильевич (1891-1938) – русский поэт, который начинал как представитель акмеизма. Его поэзия насыщена культурно-историческими образами и мотивами, отмечена конкретно-вещественным восприятием мира и трагическим переживанием гибели культуры (М.Л.Гаспаров). Ахматова Анна Андреевна была связана с акмеизмом. Сам факт существования Ахматовой стал определяющим моментом в духовной жизни многих людей. В ее поэзии прослеживается верность нравственным основам бытия, психология женского чувства и осмысление общенародных трагедий XX века, сопряженное с личными переживаниями. В пастернаковском поэтическом видении мира все переплетено и взаимосвязано, любой предмет может приобрести свойства другого, находящегося рядом, а ситуации и чувства описываются с помощью нарочито "случайного" набора характерных признаков и неожиданных ассоциаций, пронизанных почти экстатическим эмоциональным напряжением, которое их объединяет. Поэзии Цветаевой присущи исповедальность, эмоциональная напряженность и энергия чувства. Наиболее яркими чертами оригинальной поэтики Цветаевой стали интонационное и ритмическое разнообразие, стилистические и лексические контрасты, необычный синтаксис, ломка традиционной метрики и эксперименты с звуком.
...ещё
Обложка
Избранные произведенияИннокентий Анненский
Выдающийся русский поэт Иннокентий Федорович Анненский представлен в книге своими произведениями из сборников «Тихие песни», «Кипарисовый ларец», «Посмертные стихи», а также переводами античных и современных европейских поэтов. Отдельные разделы включают драматические произведения, «Книги отражений» и другие. Содержание: 1. Федоров А.В. Творчество И. Анненского в свете наших дней 2. Лирика 3. Переводы 4. Тихие песни 5. Поэзия
...ещё
Обложка
ЛирикаИннокентий Анненский
В аудиокнигу Иннокентия Федоровича Анненского включены стихотворения из сборников "Тихие песни" и "Кипарисовый ларец", а также произведения, которые не были опубликованы в этих книгах.
...ещё
Обложка
Поэзия Серебрянного векаБорис Пастернак
Анненский Иннокентий Федорович (1855-1909) – русский поэт, критик и драматург. Поэтическая вселенная Анненского является зыбкой и размытой; в ней мучается и страдает усталая душа, не находя укрытия в реальности. Высокие переживания – глубокие и парадоксально-изысканные страдания, бегство от счастья, мечты и «светлые мгновения» – не предоставляют опоры существованию: они также призрачны и бесследны; угасание этих переживаний и их миражность – неизменный «атрибут» поэзии Анненского (Л.М.Шемелева). Блок Александр Александрович (1880-1921) – русский поэт, который начинал в духе символизма. Лирика Блока, близкая к музыке своей «стихийностью», формировалась под влиянием романса. Через осмысление «страшного мира» и осознание трагедии современного человека он пришел к идее неизбежности «возмездия» (М.Магомедова). Ходасевич Владислав Фелицианович (1886-1939) – русский поэт, критик и мемуарист. В его стихах сочетаются традиции русской классической поэзии с мировосприятием человека XX века – трагический конфликт свободной человеческой души и враждебного ей мира. Выросший в атмосфере символизма, но пришедший в литературу на его закате, Ходасевич, «выйдя из символизма, ни к чему и ни к кому не примкнул, остался навечно одиноким» (Л.М.Щемелева). Мандельштам Осип Эмильевич (1891-1938) – русский поэт, начавший как представитель акмеизма. Его поэзия пронизана культурно-историческими образами и мотивами, отмечена конкретно-вещественным восприятием мира и трагическим осмыслением гибели культуры (М.Л.Гаспаров). Ахматова Анна Андреевна принадлежала к акмеизму. Сам факт её существования оказал значительное влияние на духовную жизнь многих людей. В поэзии Ахматовой проявляется верность нравственным основам бытия, психология женского чувства и осмысление общенациональных трагедий XX века, переплетенное с личными переживаниями. В пастернаковском поэтическом видении мира все взаимосвязано, любой предмет может обретать свойства другого, находящегося рядом, а ситуации и чувства описываются с помощью нарочито «случайного» набора характерных черт и неожиданных ассоциаций, пронизанных почти экстатическим эмоциональным напряжением, которое их объединяет. Поэзия Цветаевой отличается исповедальностью, эмоциональной напряженностью и энергией чувств. Наиболее яркие черты самобытной поэтики Цветаевой включают интонационное и ритмическое разнообразие, стилистические и лексические контрасты, необычный синтаксис, разрушение традиционной метрики и эксперименты со звуком.
...ещё
Обложка
Гончаров и его ОбломовИннокентий Анненский
Перед нами девять объемных томов (1886–1889), которые в сумме составляют более 3500 страниц — целая небольшая библиотека, созданная Иваном Александровичем Гончаровым. В этих девяти томах нет ни писем, ни черновиков, ни стихотворений, ни незавершенных началов или завершений без начал, нет устаревших пустяков: все произведения зрелые и тщательно продуманные, не только отлежавшиеся, но иногда даже слишком долго хранившиеся. Его романы, несмотря на простоту структуры, насыщены глубоким психологическим развитием содержания и характерными деталями; образы сложны и великолепно проработаны. «То, что другому потребовалось бы для десяти повестей, — заметил Белинский в отношении его „Обыкновенной истории“, — у него помещается в одну рамку…»
...ещё
Обложка
Первые шаги в изучении словесностиИннокентий Анненский
«Первые шаги в изучении теории словесности» – так я назвал тот небольшой реферат, который сегодня представляю вам для обсуждения. Выбор темы обусловлен определенными размышлениями. В педагогике, на мой взгляд, особенно интересны критические (решающие) моменты обучения, к которым мы, конечно, относим и первые шаги в изучении теории словесности. Начало освоения предмета или даже отдельного раздела всегда бывает крайне сложным, запутанным и критическим – трудно как ученику, так и учителю, хотя гр. Толстой утверждает, что эти две трудности в обучении обычно обратно пропорциональны…
...ещё

Книги чтеца

Обложка
Черные тюльпаныСергей Голиков
1 — «Голубой Вертолет» — история о праздновании одного дня рождения. 2 — «Черные Тюльпаны» — этот рассказ также связан с днем рождения.
...ещё
Обложка
Истории Деда ЗахараСергей Голиков
Дед Захар — мудрец от сохи. Всю жизнь на «земле» в трудах и заботах! «Долго живу. Много чего повидал. Люблю послушать, но и сам могу рассказать.» Но тут Дед Захар, думаю, немного лукавит — он любит поговорить, и ему нравится, когда его слушают. И сам придумывает, сочиняет. И других на свой лад интерпретирует и выдает за свое. ------------------------------------------------ Сергей Голиков. Рассказ «Всякая Философия». Владимир Высоцкий. Сказка «Про Дикого Вепря». Владимир Высоцкий. Стихотворение «Козел Отпущения». Денис Давыдов. Басня «Голова и Ноги».
...ещё
Обложка
Камаринский МужикСергей Голиков
«Камаринский Мужик» Два рассказа из серии «Истории Деда Захара» Часть — 1-я - «Федор». Часть — 2-я — «Дед». Познакомьтесь! Дед Захар — мудрец, работающий на земле. Вся его жизнь прошла в трудах и заботах! Серьезная правда жизни — для него не существует иной правды. «Долго живу. Много чего повидал. Люблю послушать, но и сам могу рассказать.» Но здесь, думаю, Дед Захар немного преувеличивает — он любит поговорить и ценит, когда его слушают. Он сам напридумывает, что-то сочиняет. И других на свой манер излагает и выдает за свое.
...ещё
Обложка
Егорово СчастьеСергей Голиков
«Егорово Счастье». Рассказ Сергея Голикова из серии «Истории Деда Захара». Познакомьтесь! Дед Захар — мудрец от сохи. Вся его жизнь прошла на «земле» в трудах и заботах! Сермяжная правда жизни — другой правды для него не существует. «Давно живу. Много чего повидал. Люблю послушать, но и сам порассказать могу.» Но, думаю, Дед Захар тут немного слукавил — он действительно любит поговорить и рад, когда его слушают. И сам многое придумает, насочиняет. И других на свой лад перевернет и выдаст за свое. ----------------------------- Ранее опубликованные рассказы из серии «Истории Деда Захара»: «Всякая Философия» «Камаринский Мужик» «Комар Камаринский» «История Одной Табуретки»
...ещё
Обложка
То ли смех, то ли грехСергей Голиков
"То ли смех, то ли грех"*. Рассказ из серии "Истории Деда Захара". "Царская Прихоть"**. Сказка из серии "Истории Деда Захара". Познакомьтесь! Дед Захар - мудрый человек, который всю жизнь провел в трудах и заботах на "земле"! Серьезная правда жизни - для него нет другой. "Долго живу. Много чего повидал. Люблю слушать, но и сам могу рассказать." Но здесь, думаю, Дед Захар немного лукавит - он любит поговорить и рад, когда его слушают. И сам придумает, насочиняет. А других на свой лад переврет и выдаст за свое. ------------------------------------------------------------------------------------ * - Рассказ адаптирован на основе произведения неизвестного автора. ** - Сказка "Царская Прихоть" адаптирована на основе рассказа М. Зощенко "Каприз Короля". ------------------------------------------------------------------------------------ Ранее опубликованные рассказы из серии «Истории Деда Захара»: "Егорово Счастье" «Всякая Философия» «Камаринский Мужик» «Комар Камаринский» «История Одной Табуретки»
...ещё
Обложка
Почем ныне стол дубовый?Сергей Голиков
Знакомьтесь! Дед Захар — мудрец от сохи. Он всю свою жизнь проводит на «земле», погруженный в труд и заботы! Сермяжная правда жизни — для него не существует другой правды. «Давно живу. Много чего повидал. Люблю послушать, но и сам порассказать могу.» Однако, думаю, Дед Захар немного приукрашивает — он действительно любит поговорить и ценит внимание слушателей. Он сам напридумает, насочиняет. А других может на свой лад переврать и выдать за свое. Ранее опубликованные рассказы из серии «Истории Деда Захара»: «Егорово Счастье», «Всякая Философия», «Камаринский Мужик», «Комар Камаринский», «История Одной Табуретки», "То ли смех, то ли грех".
...ещё

Похожие книги

Обложка
По касательнойСтефан Грабинский
Пережив серьезное заболевание головного мозга, Вжецкий начинает проявлять склонность к созданию сложных философско-мистических теорий и концепций. Одной из таких становится идея «касательных» — линий, соединяющих определенные точки жизненных путей, которые представляют собой траектории движения человека в пространстве и времени. Вжецкий неустанно ищет доказательства своей теории касательных. Однажды цепь случайных и незначительных событий, истолкованная им как фатальная логика, приводит Вжецкого к трагическому завершению.
...ещё
Обложка
АмундсенЭлис Манро
Молодая учительница Вивьен Хайд оставляет Торонто и приезжает работать в школу при санатории, расположенном в холодном и уединенном местечке под названием Амундсен. Она сталкивается с суровой реальностью жизни и смерти среди пациентов, а также знакомится с властным и циничным главным врачом, доктором Фоксом.
...ещё
Обложка
Белая хризантемаМэри Брахт
В 1943 году на корейском острове Чеджу шестнадцатилетняя Хана, никогда не покидавшая свой дом, живет под японским контролем. Она принадлежит к роду хэнё, морских ныряльщиц. Ее младшая сестра мечтает стать одной из них. Сестры счастливо живут у океана, но судьба разлучает их, отправляя Хану в далекие края, где ей предстоят тяжелые испытания. Хана, как и все женщины моря, обладает силой и стойкостью, и не теряет надежды когда-нибудь вернуться домой. В 2011 году в Южной Корее Эми, более шестидесяти лет пытавшаяся забыть события детства, понимает, что, чтобы обрести покой, ей нужно встретиться с прошлым и вспомнить все, что произошло. Возможно, ей удастся найти сестру. «Белая хризантема» — это эмоциональная история о двух сестрах, которых война разлучила, но их любовь оказывается сильнее, чем все преграды.
...ещё
Обложка
Джордж Венн и привидениеАртур Дойль
Группа друзей встретилась вечером у Джорджа Венна в холодный зимний день и начала обсуждать призраков.
...ещё
Обложка
КитаёзаДжек Лондон
Французы проявили удивительную неразумность. В ходе расследования убийства Чун Га они задержали пятерых человек, которые оказались ни в чем не виноваты. Так как они не совершали преступления, им не угрожает суд.
...ещё
Обложка
Первая ледиСьюзен Филлипс
Кто такая первая леди? Это ли женщина, обладающая влиянием? Или та, за которой с интересом наблюдают миллионы людей? Возможно, это просто человек, ищущий любви и счастья. Кто сможет заполонить ее сердце страстью? Только самый добрый, сильный и чуткий мужчина, который сумеет понять ее тонкую, ранимую и открытую для любви душу.
...ещё